Они спорили, кололи друг друга словами, как шпагами. Но когда Дотторе уходил, оставляя после себя запах озона и лекарств, в груди Панталоне разгоралось то самое странное, теплое и манящее чувство. Оно было подобно глотку горячего чая среди вечной мерзлоты. Делец терпел это, пытаясь убедить себя, что это просто раздражение, просто профессиональный интерес к гению напротив.

Давайте предположим, что Дотторе всё таки уехал в Сумеру, оставив Панталоне одного? Или же альтернативное развитие событий работы "Фаза сближения" https://ficbook.net/readfic/019e7594-d71a-7f82-9f24-7dd4d7398514

Ризли смотрел на Нёвиллета, чувствуя, как слова застревают в горле. Но Нёвиллет сделал шаг вперёд и коснулся его руки. —Je t'aime, Wriothesley. Je t'aime comme la pluie aime la terre. Comme l'océan aime la lune. Comme l'éternité aime un seul instant, — прошептал он, и его голос дрожал.

Дельта шагнул вперёд. Схватил край простыни. — Твой жених приехал, — сказал он с лёгкой, почти ласковой улыбкой. И дёрнул ткань вниз. Лицо Зандика. Мёртвое. Бледное, с запёкшейся кровью на шее. Глаза смотрят в потолок, рот перекошен. Панталоне не закричал. Он просто замер, по-звериному распахнув глаза, и побелел так, что губы стали одного цвета с лицом. — Вы чудовища... — Да, — легко согласился Альфа. — Но чудовища, которые тебя любят.

— Когда ты в последний раз позволял кому-то себя трогать? — Сейчас. — А кроме сейчас? — Не помню. — Это грустно. — Это жизнь. — Ты дурак. — Твой любовник дурак. — Мой любовник — да. А твой врач — тот ещё гад. Поэтому слушайся.