Спустя минут десять со стороны Хёнджина раздается разрывающая тишину противная мелодия, и он поднимает трубку, улыбаясь одними лишь уголками губ, ворочаясь в своей кровати и устраиваясь поудобнее на правом боку. Мой диван расстелен всего в паре метров, но парень отсюда кажется слишком недосягаемым. В голове ураганом из осенних листьев проносятся воспоминания о той единственной пьяной ночи, проведенной в его объятиях и нежном шепоте. И утренних поцелуях в нос. Чувствую укол совести под рёбрами.