Уилл не знал, зачем возвращался каждую пятницу. Может, из-за того, как Борис запрокидывал голову — жестом, делающим его похожим на Майка, но с другой, незнакомой тяжестью. Может, потому что тот смотрел на его руки и видел графит под ногтями, а не студента, который должен давно привыкнуть к шуму. А может, просто потому что курить у этой стены, стоя плечом к кирпичу, казалось проще, чем всё остальное. Три недели тишины. Один прокол. Среда вместо ритуала. И встреча, где слова путаются с дымом.

Он пришёл из мира, где волшебство не вымысел, а заклинания — часть повседневности. И где у него есть его Маг, которому он поклялся в вечной верности, к которому он должен вернуться | bravebyers au, попаданец Майк Паладин и безумно ревнующий и завидующий самому же себе из другого мира Уилл Байерс (и просто ревнующий Майк Уилер)

Он не писал Уиллу четыре месяца, не потому что забыл, потому что знал: если начнёт — признается, что не справляется. Но когда даже во снах Уилл начал уходить, Майк понял: молчание — это тоже выбор. Выбор исчезнуть. А он больше не хочет исчезать | ИЛИ Майк не поступает в колледж и закрывается ото всех, за исключением того, что вы получаете его воссоединение с Уиллом спустя 4 месяца, просто потому что Уилл никогда бы его не оставил, как бы тот ни просил.

Лукас не верит в случайности — это факт. Особенно теперь, когда Макс в больнице, а у него полно времени присматриваться к окружающим и разбираться в загадках поменьше Изнанки, но куда ближе к дому. Он начинает замечать то, в чём раньше сомневался. ИЛИ В течение этих восемнадцати месяцев Лукас, наконец, признаёт: он не сумасшедший, а Майк Уилер — именно такой, каким Лукас его всегда считал (гомосексуал).

"вот он, мой волчонок" — глаза тлеют, как угли в очаге перед бурей: в них не гнев — а возбуждение от слов. чистое. животное. царственное. такого выражения он раньше не показывал возле женихов — радость.