Фальшивый святой, изломанный беспощадной системой. Тиран, отрицающий божественную власть. Попаданец, пытающийся сопоставить сюжет романа с жестокостью новой реальности. Три судьбы сплелись в неразрывный узел, предвещая восход солнца для прогнившей в пороках империи.

— Ты же вернёшься ко мне? — дрожащий шёпот практически сливался со свистом ветра. — Возвращаться — плохая примета, — горько усмехнулся Оскар, стараясь вдохнуть как можно больше Норриса, чтобы никогда не забыть свой любимый запах.

Кими осторожно касается губами шеи Джорджа, проверяя реакцию. Льюис сзади целует в плечо, не давая Расселу ни шанса на то, чтобы отстраниться, пока не стало слишком поздно. Контакт кожа к коже будто сдирает защитный слой, высвобождая истерзанную переживаниями душу, и из голубых глаз выкатывается первая слеза, тут же смешиваясь с водой из душа, а сдавленные стоны сменяются жалобными всхлипами.

Он так отвык доверять, что теперь не знал, как это делать. И всё же хотелось, даже если это тепло было теплом погребального костра, вкусить хотя бы его ошмётки напоследок. Сил хватило только на кивок, разделивший его жизнь на "до" и "после".

Лёгкие рвёт агония и Джордж уверен, что этот приступ он не переживёт. Сквозь слёзы упирается взглядом в цветы и думает о том, как же всё-таки греховно красив красный на белом.