Она знала, что, выходя замуж за Абраксаса Малфоя, она выходила замуж за имя, а не за мужчину.

Танец стал для Абраксаса естественным языком власти и уверенности. Но никогда прежде он не думал, что будет учить танцевать… Тома Реддла.

В поместье Малфоев царила тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием свечей в настенных держателях. Часы в дальнем зале едва отзвонили полночь, когда Люциус, проснувшийся от дурного сна, решился покинуть свою комнату.

В семнадцать лет Абраксас понял, что для Тома ему придётся быть всем и ничем одновременно. Для того, кто не нуждался ни в ком и желал обладать всем миром.

Он хочет, хочет, хочет. Ки Хун глотает это желание. Игнорирует тоску. Немного сильнее сжимает плечо Ён Иля, чтобы убедиться, что он настоящий. —Ты не должен быть здесь,— говорит Ки Хун, грубо, но достаточно тихо, чтобы посторонние не услышали. Хотя они, вероятно, всё равно услышат — тишина в комнате оглушает. —Ты не должен был быть здесь, — отвечает Ён Иль, прислонив голову к стене. Он вздыхает и на мгновение закрывает глаза. — Ты не должен был узнать это так.