Демон алчности и корысти выбирается из всепоглощающей темноты, чтобы склонить колеблющуюся молодую девушку к криминальной авантюре. Она не решается на нее слишком долго, из-за чего весь его план рушится прямо на глазах. Подтолкнуть, помочь, испортить. Россия 90-х идеальное для этого время и место. - Откуда ты это все знаешь? - удивленно спросила Аня. - Парни сверху рассказали. - Крыша что ли твоя? - Можно и так сказать.

Лиля сидела на холодной скамейке уже второй час, стараясь не расплакаться. Сердце бешено стучало, больно сдавливая грудь. Она что, правда расстроилась? Или это так энергетик на неё подействовал? - Ну и куда ты собралась на ночь глядя? - Антон плюхнулся рядом и положил ей голову на плечо. - От вас, придурков, подальше, - пробурчала она в ответ. - Ты трусы то хоть запасные взяла? - Да иди ты. - Значит, нет...

Нику вывели в свет слишком поздно. Названные родители до последнего удерживали её дома, но общество начало задавать вопросы. На первом же балу она украла у ухажера год жизни, у другой дебютантки во время разговора подцепила уже 3. Не понимая, что она делает, она жадно впитывала в себя силы, пока в танце не дотронулась до генерала, который загадочно ей улыбнулся. Ника упала в обморок. - Похоже у вас туговат корсет, дорогуша, - сладко произнес тот, перед тем как Ника закрыла глаза.

Я до последнего не верил Никите насчет его карт. Сущности, клетки, арканы какие-то... - Лучше бы ты за деньги расклады делал, - посмеялся я, но позже пожалел об этом. На следующий день Никитос сильно слег с температурой. Карты были рассыпаны вокруг него у кровати. Все без исключения пусты, остались лишь одни названия. Притворщик, ксива, мамочка, тщеславные... Мамочка? Никита что-то обеспокоенно бормотал себе под нос в бреду... Придется разбираться самому!

Матвей часто бывал в скандально известном клубе "Индивид". Заведение привлекало его безбашенностью своих ночей и легким фейсконтролем для тех, у кого есть деньги. Ослепляющая и оглушающая светомузыка делала лица и голоса гостей неузнаваемыми. Личность становится секретом, стирая индивидуальность до основания. Один вечер и всего одно знакомство в этом месте меняют жизнь Матвея, чему он, справедливости ради, и не противится. По крайней мере, пока не узнает личность "своего индивида".