Я разглядывал стену, укутавшись найденными в доме одеялами. Слушал звуки леса. Они казались такими опасными и дикими, но лес жил. По своим законам и правилам. Его не волновал ничтожно мелкий я, загибающийся от холода.

Ему снова снятся кошмары. Странник не может уснуть, с уставших глаз стекают слёзы боли и печали, но Каэдэхара рядом. Отныне он всегда будет рядом.

Уильям всего-то хотел свободы. И Шерлок твёрдо решил, что даст её ему, ведь Мориарти нуждается в ней больше всего и это явно меньшее, что Холмс может сделать для него. Вопреки своим принципам и чувствам, детектив отпустит эту любовь, даст ей свободно парить, словно летящей в небе птице.

Страстный порыв смелости и уверенности, виднеющейся в глазах, плавится под ярко оранжевым пламенем отчаяния, вдруг неожиданно погасая, словно потухшая на ветру спичка. Так быстро сгорает, как и полностью иссякает вся энергия. Тело будто специально отключили от производительного питания, заставив двигаться без сил, с болью на душе. Если Ёнджуну когда-нибудь скажут: "Опиши своё состояние одним словом.", он даже задумываться над вопросом не станет. Ответ прийдёт незамедлительно. Опустошённость.

Бомгю не понимает, что происходит, но как только его маленьких и холодных пальцев касаются чужие губы, дыхание замирает, а по телу пробегается табун мурашек. В горле ком, а ноги кажутся ватными. Ёнджун целует каждый пальчик с такой осторожностью да так, будто это его сокровище, которое он боится потерять. — В абсолютно тёмном мире, — шепчет Ён хриплым голосом, — ты — мой самый лучший цветочек, которым можешь быть.