Олег разбито смотрит на себя в замыленное зеркало — не решается провести огрубевшими пальцами по коркам на незаживших ранах. И что-то такое холодное пронизывает, но уже пора идти к Серому.

Это был изначально размен фигур, про который никому, кроме собственно сторон, знать было необязательно — такой вывод делает Разумовский, глядя на своё отражение в зеркальном потолке палаты. [Альтернативное развитие событий после ЧД41]

В учебный корпус письмо пришло холодным осенним утром вместе с первым снегом. Несколько читаемых строчек, но взгляд спотыкался о каждую с трудом выведенную мамой букву, которые вместе складывались в приговор — фатальная дискоординация. Борясь с тремором, Лэнс в несколько раз согнул письмо и бережно убрал в нагрудный карман, накрыв ладонью. В теории, лечение было, но тогда с этого момента ему должно везти на каждом шагу. Так не бывает. Шершавые пальцы скользнули по модифицированному арбалету.

Заклеенные скотчем пыльные коробки, пожелтевшие бумаги и одно нераскрытое дело.

У Юли волосы ярко-малиновые и веки усыпаны золотыми блёстками. Игорь целует её поздно вечером и накрывает тяжёлым одеялом. Чувствует, что теперь блестят и его губы, а Пчёлкина уверена, что с сухой кожей любимого делать что-то надо.