Ветер должен быть свободным. Но буря — не ветер?

Рабство — просто неприятные жизненные обстоятельства. Правда, Тьен болен и слаб, а воспоминания о погибшим брате щемят и больно скребутся. Всё и дальше бы складывалось не шибко на радость, не реши нынешний хозяин сплавить его кому-нибудь в военном лагере. В лагере, где в личной гвардии Холина затисалась кучка бывших рабов. И они отчего-то почти прыгают на месте от перспективы незамедлительно показать Тьена своему капитану. || Или: Тьен ВЫЖИЛ, но он и Каладин оба считают друг друга мертвецами.

Однажды сил хватит только для того, чтобы последний раз подняться в небеса. Жизнь прежде... Нет. Он слишком слаб.

Мораль у Ло была собственная, своенравная и непоколибимая никем вовек. Какие бы оттенки его сердца не доводилось улавливать иным проходимцам, лишь Эграссель безмолвно хранил то, что расцветало в груди Ло синхронно с безграничным доверием.