Можешь сколько угодно кичиться своим умом, звать себя непобедимым. Это не имеет значения, Ши Ын. Сонджэ касается уха — тёплым, соблазнительным дыханием. Его шёпот звучит, как яд, сладкий и губительный одновременно. Рано или поздно ты падёшь. А потом я соберу каждый осколок. Смакуя твой слом, как искусство.

Кто-то накидывает на его лицо мокрое полотенце. Ши Ын пытается сопротивляться — без толку. В следующую секунду его бьют прямо в живот, потом пинают под колени, и он валится на пол с глухим стуком. Его загнали в угол. — Я научу тебя держать язык за зубами раз и навсегда. Где-то слышится гул, будто кто-то говорит — но Ши Ын слишком оглушен болью, чтобы вникать. Его хватают за волосы, а потом... Вода. Воды слишком много. Ему не следовало идти в душ в тот день.