Мальчишке было восемнадцать, звали его Мироном. У него были огромные голубые глаза с длинющими ресницами и мягкие тёмные кудри.

Её платья растекались по коже сиреневой лавандой, оставляя жгучие следы-поцелуи на барахатной коже. Розовым амариллисом горели щёки, такие неестественно яркие для густой английской ночи. Жемчуга искрились белым маком и приковывали взгляд сложностью композиции. Вся Ирен — образец элегантности и гламура, синоним слова "изысканность". Только лёгкие и трахея заполнялись красным, тонули в красном, красным были уничтожены.

Синие глаза помогают увидеть прекрасное...

Он молится Богу до онемевающих конечностей, дрожи в плечах, слипающихся глаз. Молится до иступления, прося прощения и милости всем еретикам и еретичкам. А ночами окунается в адскую пучину разврата, желая видеть слугу Лилит в самом непристойном виде. Но, как известно, запретный плод сладок. ||AU, в котором Распутин — настоятель монастыря, а Юсупов — инкуб, сбившийся с пути.

День, когда мы встретились, стал точкой невозврата.