- Ты всегда можешь сказать мне нет, Хёнджин. Я не заставляю тебя, мы тут, потому что оба этого хотим, не правда ли? Хёнджин тогда просто кивнул. Как он мог сказать «нет» такому, как Феликс? Нет, неправильно. Как он мог сказать «нет» Феликсу? Мир сузился до одного простого факта: Хёнджин здесь - потому что нуждается, а Феликс здесь - потому что хочет.

- Я думал, ты не отказываешь футболистам с большими членами, Ликси-и. - Хёнджин подпирает подборок кулаком, немного растягивая краешки губ в подобие улыбки. Больше походит на убогую ухмылку, но Феликс не комментирует. - Ага, но тем, которые предпочитают запихивать его в задницу, а не тем, у кого встает на третий размер груди. Чувствуешь разницу? - Феликс щелкает колпачком ручки, закрывает тетрадь, чтобы сложить все в сумку.

- Так хорошо, малыш. С тобой всегда так хорошо. Давай вставим в тебя пробочку, чтобы ты не проронил ни капли моей спермы. Хочу думать о том, что весь оставшийся вечер ты будешь ходить с ней в себе. А потом я украду тебя и трахну снова, используя в качестве смазки свою сперму в твоей заднице. Сделаешь это ради меня, Мегуми?

Сукуна снимает футболку. Мегуми тысячу раз видел штанги с цепочкой, пока сталкерил его у дома, но подобраться ближе в человеческом образе - по-другому. - Болели, но я старался соблюдать твои рекомендации, все зажило. Не больно их тянуть или теребить. Мегуми подходит ближе. - Попросил партнера не трогать их? - Не трахался.

Идеально. Он нашел свой сегодняшний ужин. Но когда его ужин оборачивается, смотрит на него с сфокусированной злостью в зрачках, оценивающе проходится с ног до головы и низким мужским голосом выдает: - Че смотришь? Челюсть подбери, осел. Сукуна окончательно теряет связь с реальностью.