Алиса опустилась на колени. Чёрное платье осталось на полу, на ней — только влажное кружево. Ваня замер. А потом она провела языком по стеклу — там, где с его стороны пульсировала напряжённая плоть. "Можно?" — выдохнул он. Их дыхание — рваное, горячее, затуманивало стекло с двух сторон. — Останешься? — Я никуда не уйду.

Её вырвали из небытия не ради милосердия, а ради мести. Те, кто проиграл войну, сшили её душу заново, превратив память о любви в холодное оружие против монстра. Исабель должна была стать его смертью, но она стала его триумфом. Том Реддл не забывал. Он десятилетиями коллекционировал пепел своего прошлого, не забывал ту единственную, чье имя он выжег в своей памяти. Вторая жизнь — это не дар, это поводок, затянутый на шее теми, кто был слишком слаб, чтобы сражаться самим.

Руслан сплюнул кровь. Его взгляд безошибочно выхватил её силуэт в конце переулка. Юля стояла под мигающим фонарем, и свет в её волосах создавал подобие нимба. Он замер на коленях в грязи, не в силах подняться. Весь вечер он искал драки, надеясь выбить из головы это наваждение, но тщетно. Даже сквозь боль он думал лишь об одном: как она остается безупречной, пока он горит в аду? — Ты как ангел, Юль... — прохрипел он с пугающей улыбкой. — Жаль, что ты пришла посмотреть на это дерьмо.

после большой ссоры, между Ваней и Алисой произошёл очень откровенный и личный разговор, каков же будет финал?

семнадцать лет назад Эллен и Эдвард забрали из приюта двоих детей: солнечную Амадею и ледяного Норда. Они не были связаны кровью, их объединял лишь порог детского дома, на котором их нашли. Эллен подарила им имена и дом, но между ними всё ещё была пропасть. Теперь, когда её не стало, единственный мостик между «солнцем» и «космосом» рухнул. В доме из темного дерева остались лишь трое. В мире, где каждый мертв по-своему, Амадее предстоит узнать — можно ли обрести любовь, потеряв смысл жить.