Казалось, из этого порочного круга, в котором он потанул добровольно, абсолютно нет выхода. Как бы старательно ты бы его не искал, его не выходило найти, а если и получалось то тот сразу же исчезал. Но что если незнакомый человек решит протянуть ему руку помощи? Сможет ли он назвать Лисов своей семьëй? Он не мог сказать это с огромной уверенностью, но в самой глубине, на самом недоступном дне его души он надеялся. Надеялся что — это станет правдой.

Это было апогеем всего, но с каким удовольствием было принимать плод забвения. Было легко отводить взгляд, утопить собственные мысли в потоке повседневности жизни, зарывать голову в песок и не поднимать еë не при каким предлогом, не копаться в собственном сознании и строить невинность, а после пришлось скулить от незнания прочего.

Аарон до конца не понимал откуда появилось это нечто, потаëнное в глубине его души. Спрятанное ото всех. Джостен заставлял его зубы стиснуть крепче. Он. Бесит. Раздражает. Злит. Его глаза, волосы, губы. Он сам. Всë его существо.

Окетра неземна и очень далека от неe‌. У неë имеются собственные цели, а Дана? У неë ничего нет. Она хотела дотронуться, но не могла. Они были такими разными.