В Москве появился новый, многообещающий шахматист. О нем шепчутся, его имя повторяют на радио и все чаще печатают в газетах. Все говорят, что он станет не только следующим гроссмейстером, но и чемпионом мира. Шахматист на все шепотки не обращает внимания и молча продолжает выигрывать. [AU, в котором Арсений играет в шахматы лучше любых гроссмейстеров, но почему-то проигрывает Антону]

Во время спектакля уже есть софиты. У софитов свет белый, яркий и острый. Под ними Арсений смотрит почти прозрачно, растаявший лед в бокале с бифитером и засушенной пролеской. За кулисами всегда темно, только отблески долетают со сцены. За кулисами совершенно не видно цвет глаз, только блеск. За кулисами у Арсения вместо взгляда два содалита, незаметные в горной породе.  [Театральное AU, в котором Антон и Арсений ставят совместную пьесу в петербургском театре. Но это только в начале]

Дверь купе двигается в сторону, внутрь заглядывает огромное привидение. Застывает на пороге, встретившись с испуганными глазами Арсения, будто само испугалось. Привидение переминается с ноги на ногу, хлопает ресницами, а затем стягивает с плеч одеяло и становится Антоном. — Принес, — говорит Антон. — Ты под одним замерз.

Декабрь 2022 года, в котором стримы, короткие стрижки и новогодние съемки смешиваются с двумя большими городами, между которыми Арсению нужно выбрать.

Все дело в том, говорил Арсений, что нам никак не успевает надоесть. И поэтому не получается перестать. Все дело в том, говорил Арсений, что если бы мы могли вместе по-настоящему быть — мы бы наверняка не протянули и половину года, разбежавшись от быта, готовки, ревности и всяких мелочных ссор, так что лучше уж так. Все дело в том, говорил Арсений, что...