Кто он? Человек или уже машина? Он постоянно резал и шил, присоединял к себе одно и убирал другое. Кто он? В погоне за божественным утратилось человеческое. Столько модификаций, что, казалось, от себя первого, изначального уже ничего не осталось. Но был ли он тогда Дотторе. Если каждый раз заменять сломанную деталь, останется ли механизм прежним? Функции те же, но шестерёнки уже иные.

За дверями кабинета было непозволительно тихо. Панталоне стоял у двери, не решаясь войти. Кто знает в каком сейчас настроении этот доктор. Иной раз за дверьми раздавался весёлый смех и грохот стекла. Иной раз гневные проклятия по поводу не оправдавших себя экспериментов. Но в этот раз было тихо. Непозволительно тихо.