Все картинки смешались перед глазами, громкая музыка стала еле слышимой, а прокуренная травкой квартира больше не резала нос. Душно становилось с каждой секундой все больше, тело истекало соленым потом нескончаемо. Все, что она помнит, как танцевала с Виолеттой на столе, нюхала чью-то дорожку, постоянно поправляла платье, выливала в себя все больше алкоголя и ловила в сознании все больше ярких кривых картинок. А еще, как ей кто-то постоянно помогал, то слезть со стола, то не наступить на стекло.

— Мои любимые сигареты, — говорит, смотря в спину нарушительнице ее покоя. — Куришь? — выдыхает однородный дым. — Нет, просто запах самый приятный из всех, — вытягивает небольшую паузу, — люблю вишню.