Ли улыбается так, что даже закатные лучи тускнеют и теряют свой золотой блеск. Он отталкивается от земли сильнее, чтобы качель подтолкнула его к краю, ближе к недосягаемому небу, и звонко смеется. Волосы разлетаются в стороны, сливаясь с рыжим небом. Хан думал, что влюбиться сильнее уже невозможно, но, сталкиваясь со взглядом чужих янтарных глаз, понимает, что его любовь способна заполнить воздух.

Первая крупица вещества оказалась у него сама собой. Он действовал по наитию. Ведомый неизвестностью и желанием ее покорить, он ровнял полосу, надеясь, что это будет просто. Было красиво. Невероятно необычно. Это ломало границы быстрее, чем прикосновения, которых так сложно достичь. Все вихрем кружилось внутри, взрывая неоновые фейерверки и поджигая цветные искры. Все блестело, ослепляя сильнее далеких звезд. Звезды бы так не смогли.

— Сон,— тихо зовет Ли,— я хочу поцеловать тебя. Дай мне выпить,— его голос грубеет в конце, а грудь вздымается слишком часто. — Зачем тебе пить? — хмыкает Хан. — Ты же любишь вино.