Ноа видел все это раньше: спортсмен переутомляется и, накачанный адреналином, чувствует себя прекрасно до тех пор, пока не падает в обморок. Когда Исаги падает сразу после матча Мюнхен-Мэншайн, он не волнуется. Исаги будет в порядке после того, как поспит час или два. Если не…

Йоичи, - сказал Ноа, глядя прямо в глаза Исаги, его голос внезапно стал немного глубже, чем раньше. “Ты называешь меня "Мастер" уже довольно много лет, не так ли?” “Д-да”, - пробормотал Исаги, немного ошеломленный внезапной напряженностью. - И за все эти годы я хоть раз давал тебе повод усомниться в моих суждениях? Ноа продолжил. “Нет, Мастер”. “Тогда почему, Йоичи, ты был в просмотровом зале, а не дома, отдыхал, как я тебе приказал?”

Когда он выглядывает из-за угла, то обнаруживает, что, как ни странно, это Баро. Нападающий не подходил к нему ближе чем на десять футов целых два дня, за исключением тех случаев, когда они возвращались в общежитие спать. Он также не произнес ни слова ни в знак приветствия, ни на прощание, так что странно видеть, что он взял на себя смелость принять ванну в то же время, когда Исаги тоже там.

"Ри-Рин, - Исаги оглянулся, его голубые глаза потемнели и расширились. Рин видел огонь в этих глазах. Потребность поглотить своего противника и править полем. “Хах, ты все-таки пришел”. Тон в голосе старшего был именно тем, что было нужно Рину. На поле вышел играть Исаги.

В другом углу королевского дворца слуга и наследный принц общались друг с другом. Не обращайте внимания на танцевальную вечеринку, которая проходит в великолепном главном здании.