Пока мимо них пролетают звёзды, пропадают десятки не загаданных желаний, но зато внутри становится по-настоящему светлей.

Сегодня как-то потеплей. И вроде даже не так пусто, а смерть уже не так надоедает. И улыбается чуть менее слащаво. Луч робко раздвигает полотно на небе, ветер треплет пожелтевшие макушки. На балконе хорошо. Чуть что и спрыгнуть можно, но сегодня не тот день. Сегодня можно только покурить и глянуть в люд, что всё ещё живёт, забыв Хёнджина. Интересно кто-нибудь ещё помнил кто это такой? Кажется за те три дня Хван и сам позабыл.

Хан не тот человек, который любит много внимания, большие группы людей и шумиху. Хан — тот, кому нужен лишь один человек, который его прегреет и будет действительно любить. И этот единственный однажды нашелся. Человек, которому, казалось, никто не был нужен, стал зависим от этого наивного котёнка.

Ветер прохладой отдаётся на мокрой от слёз коже. Не устал ли Чонин плакать? Устал. Очень устал. Настолько, что сейчас пишет своё последнее сочинение в жизни, посвящённое его любви.

Это заставляет жить, но убивает. Ведь то как Сынмин плачет от ударов, хватается раскрасневшимися пальцами в ссадинах за края рубашки Чонина, смотрит своими красным от слёз и крови глазами крутит живот Яна.