Множество людей по пути на собеседование представляют себе строгого начальника, свой провал и так далее. Эрен один из них. Но все его представления рушатся, когда он слышит один-единственный вопрос: "если бы вы были животным, то каким?" А для Леви это своего рода обряд посвящения.

Эрен влюблен в Ривая так долго, что в буквальном смысле вырос с этими чувствами. Сейчас ему давно не двенадцать, Риваю не семнадцать, а рассказать обо всем до сих пор страшно до безумия. Или тотал-au, где Эрен наконец собирает свои яйца в кулак и решается сделать шаг, на который раньше не хватало смелости, хотя это не отменяет того факта, что он ебанном в ужасе.

И всё бы было прекрасно, возможно, они бы даже поженились, у них бы родилось сорок четыре ребёнка, они бы завели пятьдесят пять попугаев и шестьдесят шесть пельменей, если бы только не розовый в пурпурную крапинку осьминог-террорист в кактусовых панталонах, который удобно разместился на одном из подоконников, да ещё и демонстративно перекинул щупальце через остальные семь. Стоп. ЧТО.

Эрену двадцать три и пока все вокруг, с замиранием сердца, ожидают проявления меток, говорящих, что их соулмейт где-то рядом, он хочет повременить с этим ещё на пару лет. Пока все вокруг встречают свою родственную душу с радостью, слезами, смехом и объятиями, Эрен кричит: нет... ни за что... только не ты... И, будем честны, его соулмейт знал, что просто не будет, ещё в момент проявления метки

Леви доживает свою сломанную, но зачем-то продолжающуюся жизнь, в одно утро просто не находя причин встать с кровати, когда в дверь раздается стук из прошлого, что стало настоящим.

Леви ведёт совершенно размеренную и спокойную жизнь, пока его рутина не разрушается из-за нескольких... интересных сообщений с незнакомого номера.

Леви не уверен, почему что-то скребется в груди, стоит ему посмотреть на Эрена: тот не сделал ничего, что могло бы его обидеть, — да и сам мужчина не так уж и хорошо знает его. Но по какой-то причине, когда Леви смотрит на Эрена, ему больно, его грызет сожаление, и появляется непреодолимое желание помочь. А потом возникают чувство дежавю, сны с сопляком, воспоминания о травмах, которых никогда не было. И Эрен что-то знает. О том, что произошло. О том, что произойдет. Ему нужна помощь.