Дружба с Джисоном приносит Хёнджину головную боль и бесконечные проигрыши в играх на желание. Однако, обычно Хван в состоянии выстоять секундную атаку кринжем, но сейчас... — Хёнджин, мой милый друг, у меня для тебя особенное желание. После этих слов Хёнджин ничего хорошего не ждёт, нет, Хёнджин пытается осознать мысль, что ему придется отправить нц-фанфик со своим участием своему крашу-преподу вместе с конспектами. И, видимо, параллельно прогуглить детдом с адекватными условиями проживания.

— У нас проблемы формата «пиздец котятам, я не знаю, что делать», — сообщает главный шут округи и в глаза смотрит проникновенно так, с чувством. А Юнги вздрагивает: когда король идиотов говорит «у нас проблемы» — это значит, что всё действительно плохо, но роковое «я не знаю, что делать» — это приговору подобно. Смертному, да. — Скажу так: тебе красноречиво передаёт привет давний знакомый. Тот самый, который сбежал. Докладывает, что берега Западного моря захватил. Что делать будем, начальник?

Когда Тэхён оказывается похищен ближайшим соратником Султана, известного своей безжалостностью к врагам, он клянется себе, что даже Повелитель Мира не сможет сломить его гордость. Но он совершенно не ожидает, что Султан Чонгук окажется его истинным альфой.

Джисон обещал любить его, клялся в вечной любви. Так почему сейчас, когда Минхо рассказал ему о своей деятельности, тот обрывает все контакты? Ну, что ж, за нарушением клятв всегда следует наказание. Очень жаль.

– Хён, что-то случилось? – немного настороженно интересуется парень и с интересом смотрит на всё ещё розовые щеки старшего. – Ты случился, Хан Джисон! Какого хуя та фотка делает в сети? – раздраженно говорит Ли, повысив голос. Ну а что? Его можно понять. Когда что-то личное всплывает где-то в открытом доступе становится очень неприятно. А эта наглая белка ещё и не спросила его об этом! Конечно Мин злится.

— Его убьют, — шепчет Намджун, впиваясь в толстую решётку и не сводя взгляда с Арены. — Это безумие! Он же не боец, это все знают! — Люди хотят зрелищ, — ровно отвечает Тэхён, глядя на то, как парень одной рукой кидает мальчика через всю Арену, как тот пытается смягчить удар сгустком энергии, чтобы протянуть ещё немного и упасть в пыль не просто изломанным телом. — На нас уже не так интересно смотреть, как на то, как боец мордует беззащитного лекаря. Мы всегда побеждаем. А где Юнги?

Ау, в котором душевная боль одного соулмейта отражается на физическом состоянии другого.