Чонгук живёт до боли однообразно: от подработок до нелегальных боёв по ночам, а потом встречает Тэхёна и пытается избавиться от него. Но кто он такой, чтобы идти против судьбы?

Чёртовы брачные игры.

– Ты не очень, а вот штаны зачет. Он дерзко ухмыляется, замечая, как дрогнули ноздри альфы, выдавая, что его это задело. – Под ними ничего нет, – выходит он из ситуации, подмигивая. – Не переживай, вырастет. Тэхену стоило неймоверных усилий удержать покерфейс, глядя на обиженную моську альфы.

Решаясь на то, чтобы сделать эко, Чимин знает, что ему стоит рассчитывать на себя и только на себя. Как кардиохирург, он хорошо знает цену человеческой жизни, даже если эта крохотная жизнь находится в его животе. И всё же… Цепочка событий приводит Чимина совсем не к тому, что он ожидает изначально. И начинается она с того, что в больницу прибывает новый шеф нейро — печально известный своим непростым характером Мин Юнги.

Песочница? Серьёзно? Юнги не фетишист, как таковых кинков не имеется, но почему ему, величественному вампиру, в истинные достался маленький ребёнок по имени Пак Чимин, который только ходить научился и сидит в песочнице с песком во рту? Что ему делать, кроме как ждать его взросления, когда от этого малыша зависит его собственная жизнь?

- Пламя, что сжигает все живое. - Нашей любви это пламя не коснется.

Чонгук — альфа, и как любому оборотню-альфе в самом расцвете сил, ему пристало иметь истинного. Только вот его истинный — не омега. Его зовут Тэхён, он совсем недавно переехал в этот город, работает учителем, а ещё просто до безумия красив. Он не оборотень. И о Чонгуке понятия не имеет.

— Когда я вас встретил, — Тэхён обречённо закидывает голову назад, губы холодеют, начинают дрожать от внутреннего волнения. — Вы стали для меня всем, стали подарком судьбы… — прикрывает глаза, чувствуя, как подступают первые слёзы от безысходности. — И будь у меня сто жизней, я бы каждую прожил рядом с вами.

Истинный Чонгука — отец его нового одноклассника. Их запахи гармонично сочетаются, но этого мало, чтобы полюбить альфу вдвое старше, чей сын к тому же вдруг решил над Чонгуком начать издеваться.