Сатору являлся воплощением всего, что обычно его раздражало: шумный, навязчивый, болтливый, не имеющий представления о личном пространстве. Оставалось понадеяться, что завтра этот неугомонный парень просто прилипнет к кому-нибудь ещё, и всё вернётся на круги своя. Засыпая в тот вечер, Сугуру и подумать не мог, как глубоко заблуждается.

Новая жизнь Годжо Сатору должна была начаться два года назад, когда его перевели в Городской университет Нью-Йорка. Но начинается она, когда на письменном столе своей комнаты в общежитии Сатору находит посадочные талоны его нового соседа. «Токио-Нью-Йорк. Гето Сугуру»

у Фушигуро стекленеет взгляд при виде этой высокой фигуры, нависающей над ним почти вдвое, хоть и все еще одетой в уже знакомое кимоно. На «этом» лице татуировки Сукуны, точно так же, как дополнительная пара глаз на скулах, смотрится куда чудовищней, чем на лице Юджи Итадори, которое Рёмен носил совсем недавно. Но лицо, которое он одел теперь… от его вида у Мегуми подгибаются ноги, в внутри что-то обрывается и кажется будто он летит-летит-летит куда-то вниз, в пропасть безо какого-либо дна.

Глядя на татуированное лицо лежащего перед ним, переплетающего лодыжки у него на пояснице и клыкасто, широко скалящегося мужика, Мегуми не может не задаться вопросом, когда именно в его жизни все пошло настолько не так. Почему ерундой, вроде супер-серьезного-вызова-демона, страдают Юджи и Нобара – но с последствиями этой ерунды в очередной раз приходится разбираться ему? С объективно красивыми и невероятно мудацкими последствиями… Черт возьми.

– Возможно, тебе стоит оглянуться наконец, чтобы перестать уже видеть только моего тупого младшего братца. …Или: АУ, где Сукуна – старший брат Юджи.