Он перекидывал кисти халата, завязывая их в узел, когда очередное небрежное сочетание нот напомнило пианисту какую-то мелодию, и теперь от цветастых стен коридора отражался популярный свинг. Однако и тот скоро прерывается на беспорядочное и жестокое избиение клавиш // Минхо парень старшей сестры Чанбина — мальчика, который пахнет яблоком с корицей.

— Ты не ответил мне. Как тебе месяц без моего члена?

Чанбин нахмурился еще гуще — кажется, что он хочет ударить пол, как будто он оскорблен тем, что выцветший синий ковер осмеливается существовать в одном пространстве с ним. — Я не думаю, что тебе стоит оставаться одному во время твоей... твоей течки. — Что? — пронзительно крикнул Минхо с дикими глазами, — я не... это не... о боже мой, — низко шипит омега, — какого черта, Чанбин. Чанбину хватает совести смутиться, увидев глаза заалевшего от предложения Минхо. — Ты уверен?

В городе Чанбина многие люди спускались в шахты в поисках черных алмазов и денег, чтобы прокормить свои семьи, но немногие возвращались. Отец Чанбина оказался среди них. Годы спустя Чанбин узнает, что смерть отца, возможно, не является концом его истории; какая-то тварь начинает на него охоту, и владелец странного дома в лесу может оказаться единственным источником безопасности для него. Но всё имеет свои последствия.

– Какую девушку вы желаете? Есть особые предпочтения? – сразу к делу переходит Бин. Гость молчит с минуту, продолжая буравить глазами Чанбина. У Со начинают трястись ноги, в горле пересыхает. – Вас желаю, я – гей, – выдаёт клиент, и ни одна его мышца не дрогает.