Она ощущает в этот момент весь холод стали, что находится у её виска, могущество оружия. Взгляд с виду сосредоточенный. Внутри — рой мыслей, летающих и кружащихся словно атомы.

Джейн не была особенной, вовсе нет. Она не знала жестокости и мучений этого мира, всегда оставаясь по ту сторону завесы, где не была одна сплошная гниль, боль и кровь. Она не была прокопченным спецназовцем или солдатом. Джейн была лишь простой официанткой в баре. Ни больше ни меньше. И жизнь её вполне была обычной. Была, пока не появился он.

Как только Элисон переступила порог совершеннолетия, она впервые задумалась о смерти настолько серьёзно. Тьма, густая и плотная, такая, что можно было дотронуться, поглощала её без остатка, настойчиво дышала в спину, следовала по пятам, словно действительно существовала. Спустя восемь лет пути бок о бок с навязчивой идеей о своём исчезновении Элис сталкивается с тем, что даёт ей ответ на вопрос: почему она живёт так, будто давно умерла?

.

— Ты сложная и упрямая, эгоистка. Можно сказать, чёртова предательница, мать твою, — Гоуст толкает сержантку в плечо, из-за чего девушка слегка дёргается, шипя от боли, огнестрельное ранение даёт о себе знать. Она виновато смотрит на лейтенанта, ладонью сжимая рану. — Я думал, ты за нас. Я думал, ты не встанешь против своей команды, а ты взяла и скрыла от нас ту информацию, которая загнала нас в угол. Ты, блять, скрыла.. — Саймон, я не знала, что.. — Закрой рот! Не называй меня по имени.