Они нашли друг друга после великой трагедии. Учиха Саске, что по воле брата выжил в страшной резне. И Учиха Мацуюки — дочь презираемой кланом женщины, от которой ей достались незавидные особенности психики. Они должны быть вместе. Мацуюки решила так. Ведь у связанных тьмой и безумием одиноких душ попросту нет другого выбора. Остается только цепляться друг за друга и надеяться, что чужие страдания и месть способны залечить их собственные раны. Они будут вместе. И Мацуюки все для этого сделает.

«Не критично» – повторяла она в который раз, когда в ее жизни что-то опять пошло не так. «А вот это критично» – подумала она, когда в ее жизни, помимо друзей-любителей приключений, появился парень на четыре года младше, да и к тому же из клана Учиха. А ведь его старший брат ее предупреждал.

Наруто смертельно болен. Какаши и Шикамару пытаются найти лекарство от неизвестной болезни, но всё указывает на то, что его не существует. В ходе поисков они узнают, что помочь Наруто может только человек из прошлого Какаши, которого тот считал умершим. Волей судьбы их пути вновь пересекутся, в памяти оживут события давно минувших дней. Но будет ли это что-то значить для обоих спустя столько лет?

Она не любила фотографироваться даже больше, чем он сам. Не осталось ни одного фото: ни совместного, ни ее одной, ни с ее командой. Какаши стащил одну-единственную фотографию из ее личного дела, и его никто не остановил. То ли его мастерство было столь высоким, что никто ничего не заметил, то ли его пожалели и решили закрыть на это глаза. Впрочем, на это было плевать. Теперь у него было хоть что-то, что поможет не забыть ее лицо... От всех людей, что были ему дороги, остались одни фотографии.

Иероглиф «любовь» можно описать так: «зверь, раздирающий когтями сердце». Можно и по-другому: «принятие сердцем». Каким из своих лиц любовь повернётся к тем, кто оказался втянут в конфликт между странами Ветра и Воды? Предсказать сложно. Ведь они — шиноби, а их селения в шаге от куда более глобальной беды — Четвёртой мировой войны.

Одаренная фигуристка в неудачный день и час оказывается под колесами машины. Уже мысленно готовясь гореть в Аду, она встречает Мудреца Шести Путей, который дарует ей вторую жизнь в обмен на самую малость – спасти мир от войны.

Он убедил себя, что не заслуживает счастья, ведь судьба Хатаке написана кровью на долгие столетия вперёд. Какаши живет, самоотверженно принимая новые раны, но на спасение не надеется уже давно. Ей подписали приговор ещё в далеком детстве, и все, что Эми остаётся, - это отчаянно цепляться за пресловутую надежду. Однажды их пути пересекутся, ломая устои и сжигая дотла неизбежное.

Итачи возвращается в Коноху после гибели Третьего и сталкивается с кредиторами Фугаку. Тут и выясняется, что гадский папа не только жив, но и наделал долгов, а после - удрал, воспользовавшись геноцидом клана. Теперь противостоять разъярённым кредиторам придётся его сыновьям…

Я была обычной дочерью проститутки до того ужасного вечера, когда все, что у меня было, не поглотило пламя пожара. На следующий день моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Они - обещание друг друга. Двое ослеплённых жизнью, вечно идущие во мраке. - Ты меня всё ещё любишь? Неджи не знает ответ. История об отбросах общества и жизни, переменчивой и безумной. Через предрассудки к желанному - возможно ли? Жизнь - не сказка. - А ты меня? Неджи задаёт тот же вопрос - он издевается над её гордыней. А она улыбается. Что в её голове - загадка. Двое слепых, обещанных друг другу и давших обещание без единого слова - взглядом. - Может быть. - Аналогично.

Война это боль? Война — это кровь. Война это страх? Война — это смерть.

Любым душам нужно спасение, в особенности тем, кто давно блуждал во тьме. Поэтому Саске решился на отчаянный шаг: спасти своего брата от смерти и вместе с ним вернуться в Коноху. Казалось, что вот он — новый шанс на лучшую жизнь. Но как найти в себе силы жить заново после пережитого?

Наконец, они дотащили его до сцены. Джуго практически закинул Саске наверх, запрыгивая следом. Суйгецу, глядя на это, только рассмеялся, всё ещё истекая кровью, и заорал в микрофон: — Вот это настоящий, блять, панк-рок!

Среди азартных игроков нет пессимистов. Будь милосерден к их ставке.

Итачи ничего от нее не добился. Она не говорила ни «да», ни «нет», ничего про себя не рассказывая, ни разу ни словом не обмолвившись об Орочимару, к которому, очевидно, имела самое прямое отношение. Она не была его ученицей, не была сосудом. Вариант оставался лишь один. Эта девчонка была родной и, судя по всему, единственной дочерью змеиного санина. Дочерью того, у кого вот уже больше четырех лет живет и «обучается» его младший брат. Стечение обстоятельств на грани абсурда.