Пока он трахает девчонку в подсобке, головой он находится рядом с той, что уже, наверное, спокойно спит. Дома, с братом.

Её жизнь вряд ли можно было назвать сказкой, скорее она смогла бы забрать первое место в номинации в жанре «Драма», напиши девчонка свою автобиографию. Но правды ради рвения к искусству у неё нет, ей бы для начала выжить в нынешних суровых реалиях, а уж потом о высоком думать.

— Тебя правда сейчас заботят только колготки? — скосив взгляд на девушку, спросил Валера. — А смысл переживать о том, что миновало? — озадаченно она взглянула на парня, словно искренне не понимая его.

1989 год. Казань. Город тонет в насилии и разборках местных банд. Ты свой или чужой? Страшно быть беззащитным мальчишкой, но ещё страшнее — маленькой девочкой. Маргарита Тилькина взрослая, и пацанов она не боится. Белые воротнички, ровный почерк, вышколенная осанка, образец для подражания — Марго всем ставится в пример. Правильная советская комсомолка. Пока однажды она не становится Риткой Тилькой — «своей универсамовской». Дерзкой мечтой с голубыми глазами для того, кого все зовут Турбо.

– А как тебя зовут, герой? Только по-человечески, а не по-пацански. Турбо задымил сигаретой, перестав созерцать небо. Опустил голову, почесал большим пальцем лоб, косясь неловко. – Валера. – Вале-ера, – протянула Лиля, словно пробуя на вкус его имя вместе с горьким дымом. – Хороший ты человек, Валера. Он замер. – Да обычный вроде. (История о том, как непроста жизнь неопытной медсестрички и группировщика с добрым сердцем. Альтернативная линия сюжета)

— И это чё твоя сестра? — спросил Турбо, глядя в сторону девушки не без искреннего интереса. — Ага. — кивнул Зима, выдыхая табачный дым. — Сводная.

Саша всегда была любопытной. Она не уважала группировки, но хотела спасти сестру. Судьбы героев менялись, ломая людей, а блондинка изо всех сил боролась со своими качествами и связями, пока на дворе стоял 1989 год.

— Голос приятный, — он делает остановку, пока я ошарашенно раскрываю рот, вновь встречаясь с ним взглядом. — И глаза тоже, как у меня, — это дается ему с трудом, но парень улыбается. А после, наркоз действует. /Случай из жизни студентки медицинского, который перевернул её жизнь.

Взойдя уже на третью ступеньку, он вдруг обернулся к ней через плечо и напоследок кинул: — Не выебывайся, иначе быстро вернешься в Москву, только уже по пакетам. Тут таких терпеть не станут. Девушка ничего не ответила, так и стоя при входе, удерживая себе дверь подъезда. Только хмыкнула сама себе. Угрозы от таких низкоранговых бандитов, которые возомнили себя чуть ли не королями криминального мира, не могли напугать её.

- Теперь помоешь рот с мылом? – кривая и самодовольная усмешка растянулась на губах, ознаменовывая победу Турбо. - Пошел в жопу! – возмущенно задыхаясь, девушка до белых костяшек сжимает руки в кулаки. - Видимо ещё и с хлоркой.

Сестра одного из участников местного ОПГ уезжала из Казани на три года. Но вернувшись домой, она перевернула свою мирную жизнь с ног на голову. Теперь рядом не весёлые девочки-хохотушки из приличного университета, а суровые татарские парни, состоящие в группировке. Она встречает свою подростковую любовь, вновь влюбляясь в него спустя столько лет. Помешает ли им брат? Или всё же обстоятельства?

Одно действие может перевернуть жизнь с головы до ног, и Алисе, студентке Бауманки и члену Басманных, приходится бежать туда, куда она мечтала не возвращаться. Финальной точкой побега из Москвы становится Казань, ее родина и место, где начинался ее путь в мир улиц. Старые воспоминания и серые дни надо перетерпеть пару месяцев и можно возвращаться обратно. Меньше всего Алисе хочется влезать в проблемы, но рыжих не зря называют ведьмами, не так ли? У них всегда что-то идет не так.

Варвара не смогла отпустить смерть отца. Девушка во что бы то ни стало нацелилась на поиск убийцы и установление справедливости. Обретя в этом не лёгком деле несколько соратников, неспешно двигалась к заветной цели. Казалось бы, что её ничего не сможет остановить. Но, не станет ли появившаяся любовная привязанность и возникшие чувства помехой на её пути? Или же это её шанс на спасение от тяжкого бремени?

«Наши отношения – это словно надрезы на сердце, сделанные аккуратным скальпелем, которые постоянно терзают меня. Но, странно, приятно ощущать эту боль, потому что это означает, что моё сердце бьётся только для тебя.»