Овцы кричали о том, что приняли Чую, но по-настоящему верные люди остаются с тобой без громких слов. Даже если это маленькая девочка в большом и страшном мире BSD.

Кенджи Миядзава вовсе не дурак, как кажется многим, а уставший от жизни человек. – Улыбайся. На дураков внимания не обращают.

Что вы знаете о Поль Верлене? Если честно, то абсолютно ничего, если вдруг вы случайно не прочли новеллу события в которой происходят спустя год после вступления Чуи в мафии. Возможно вы могли схватить несколько спойлеров в интернете, но этим, скорее всего всё, дело и ограничилось. Новеллу я, кстати говоря, читала. И стоило заметить, при нынешних-то обстоятельствах, концовке была не сильно рада. Пускай, по идее, и должна была остаться в живых.

Бесконечное переплетение судеб, миров и параллелей привело к тому, что в идеальной системе Вселенной произошел сбой, из-за которого мертвая душа Ацуши из параллели, где он был учителем химии, перескочила в параллель, где он эспер и вынужден вместо спокойного преподавания (читать как "мы всего лишь провели пару опытов, и нет я не знаю, что привело к таким тотальным повреждениям столовой") гоняться за всякими неадекватами, и параллельно пытаться сохранить свои розовые очки в круговороте событий

Для Чуи мир буквально разделился на две части - он проживает один и тот же день дважды, разница лишь в том, что в один из двух одинаковых дней Дазай Осаму числится предателем Портовой Мафии. Чуе кажется, что он сходит с ума. Но уверенным можно быть только в одном: новый день для него не настанет, если не лечь спать.

Жизненный путь Чуи в этом мире не отличался от оригинального ничем, кроме одного: он мог слышать запертого в нём бога. К несчастью, Арахабаки на всё имел своё мнение.

Танидзаки хочет накрыться одеялом и сбежать из этого чертвого мира куда подальше. Ему двенадцать и он теперь мафиози.

Девушка в его объятьях совершенно не сопротивлялась, но и не обняла его в ответ. А Дазай и не ждал. Понимал, что она никогда не обнимет его с теми чувствами, которые испытывал он. Её сердце было сделано из льда. Тёмного-тёмного льда, который не растает даже в самой жаркой пустыне. В её глазах не горел огонь, будто она умерла много лет назад, от её тела не исходило тепла. Могло ли что-то изменить это? Вряд ли, но Дазай мог хотя бы попытаться, но не стал.

Интуиция настороженно тренькнула и Чуя на миг замерев осторожно завернул на улицу, где преимущественно располагались игорные дома, мазнув взглядом по кучке вившихся метров через двести разношерстных екаев, чтобы застыть истуканом на углу. Тут же развернувшись на сто восемьдесят градусов и вернувшись обратно, ошарашено прислонившись к стене. О нет. Нет. Нет-нет-нет-нет. Подняв голову, Накахара обреченно посмотрел на небо. О Создатели или кто там, за что вы так не любите этот мир?

Что нас ждёт после смерти? Тот вопрос, ответ на который никто из живых не получит. Но ведь так интересно, что хочется проверить на собственной шкуре цепкие объятия смерти.