1989 год. Казань. Город тонет в насилии и разборках местных банд. Ты свой или чужой? Страшно быть беззащитным мальчишкой, но ещё страшнее — маленькой девочкой. Маргарита Тилькина взрослая, и пацанов она не боится. Белые воротнички, ровный почерк, вышколенная осанка, образец для подражания — Марго всем ставится в пример. Правильная советская комсомолка. Пока однажды она не становится Риткой Тилькой — «своей универсамовской». Дерзкой мечтой с голубыми глазами для того, кого все зовут Турбо.

–Пообещай мне кое-что… –Все, что угодно, кроме голодовки, – улыбнулся Турбо, но заметив серьезное выражение лица Дарьи сразу стушевался. –Пообещай, что я не пожалею о своем решении. Не пожалею, что решила сегодня прийти сюда именно с тобой. –Я клянусь, что со мной ты всегда будешь в безопасности. Я не причиню тебе боли, и никому не позволю, поняла? – в его голосе было столько уверенности, что Дарья, не задумываясь, доверилась. Хотя в тот день ей стоило остаться дома...

Чёртова кассета. Она стыдливо ёжится и, наконец не выдержав, мельком бросает вопросительный взгляд на Турбо, на что тот, хмыкнув, растягивает свои пухлые губы в игривой ухмылке. Дурак. Не выдержав, Алия вскакивает на ноги под звонкие томные стоны женщин, которых сейчас показывали на экране телевизора крупным планом. Пешкова проталкивается через пацанов, наконец вылетая в коридор и забегая в ванную комнату, не закрыв за собой двери. Ошибка. Турбо следует за ней...

— А ты чего ещё не ушёл? — Пытаясь разбавить неловкую тишину, спрашивает Пешкова. — А ты что, уже прогоняешь? — Турбо хмыкает, складывая свои руки в карманы спортивных брюк. Алия много о чём жалела за свою юную жизнь, много о чём желала забыть долгими ночами, стыдливо пряча лицо в подушку. Но вот о том, что произошло в видеосалоне, когда они заперлись вместе с Турбо... День сегодня не был прокажённым, но это было до того, как они остались наедине...

— Ты чья будешь? — голубоглазый наклоняется, снова нарушая дистанцию. Его дыхание, пропахшее сигаретами, обжигает ей щеку. — Ничья, — уверенно, глядя исподлобья в его насмешливо прищуренные глаза, отвечает она.

«На море на океане есть остров, на том острове дуб стоит, под дубом тем сундук зарыт, в сундуке — заяц, в зайце — утка, в утке — яйцо, в яйце — игла, — смерть Кощея». В сказках смерть злодея в игле, стоит её надломить и он погибнет. Во времена, когда на улицах царит беспорядок, ребята с улиц сбиваются в банды, образуя группировки со своеобразной иерархией. Они устанавливают свои законы. У «Универсамовских» Автор Кащей - эгоистичный пьянчуга, что черняшкой балуется. Но и у него есть своя игла.