Иногда лимбо может оказаться агрессивным местом

На что только способна современная наука! Бесконечное могущество сосредоточено в руках властвующих. Что же остаётся простым людям? Существовать и подчиняться. А стоит ослушаться — твой череп вскроют и вылакают звери, стоящие у престолов правления.

Имеет ли солдат право на слёзы?

—Я выжму вас до капли! - вскричал Штокхаузен. — Ну давайте. — отвечал ему Сергей, расстегнув ширинку.

В комнате оказалась лишняя кровать, которой здесь никогда не было. Шкаф Дилана внутри поделился на две части: пустые полки и те, что предназначены ему. На вопросы парня родители лишь улыбались, говоря, что это сюрприз. Сюрприз, который никогда не снимал свои голубые очки, шарахался от громких и недовольных вздохов Дилана и к тому же оказался мироходцем. Мироходцем, которых считали в этом мире нелюдями и использовали как подопытных крыс...

Джаст стоит у своей собственной могилы. У надгробия лежат ромашки. Джаст помнит, почему именно они. И знает, что Алфёдов был здесь совсем недавно — он холодному камню рассказывал, как сильно скучает, и стыда за подслушивание Джаст совершенно не испытывает. Иногда ему кажется, что в могиле действительно лежит его тело, и он изо всех сил борется с искушением её раскопать, чтобы убедиться — там никого нет. И доказать Алфёдову, что вот Джаст — он из крови и плоти, он настоящий, он живой.

Громкая музыка соседа – это хроника страданий Джаста. Когда все обычные методы исчерпаны, а попытки договориться приводят лишь к новым конфликтам, в его измученном разуме рождается ледяная решимость. Он больше не будет просить. Он будет действовать. Ум против шума, алгоритм против хаоса. AU, в котором Джаст — несчастный студент со страхом громких звуков, а Алфедов — его шумный сосед-гитарист.

С ностальгией не справиться - это Алфедов четко понял. Но вот что делать с чувством вины за слепые поступки прошлого...

Темнота под веками встречает его издевательски. В смысле, желания поспать не дарует — Алфёдов не шевелится, силясь переспорить упорный организм, но в итоге сдаётся первым: отлипает от Джаста, переворачивается на другой бок. Потом снова ворочается, пытаясь подобрать позу поудобнее, при этом издав как можно меньше шума, потому что Джаст обычно спит достаточно чутко. Не разбудить сопящего под боком Джаста удаётся. Заснуть — нет, и Алфёдов обречённо садится в постели.

Журнал наблюдения за состоянием пациента: П.В.Гуд. Мне скучно, а Пугод сказал, что я могу наблюдать за ним, раз уж мне так хочется найти пациентов для клиники. Не вижу причин отказываться. <...> Это был крик о помощи, Пугод? Ты ведь предложил мне эту авантюру, потому что знал обо всём, не так ли?

Пугод болтлив — это аксиома. Он, кажется, затыкается только в самые редкие моменты: даже когда слушает кого-то едва ли удерживается от того, чтобы не перебить. И Моддичат его такого и полюбил, ничего против не имел, наоборот: выслушивал заинтересованно и легко диалог любой, споры и просто беседы поддерживал с удовольствием. Но сейчас это почти бесило. Почти лишь потому, что слова сопровождаются толчками, резкими, глубокими. Такими, что мысли норовят улетучиться, но он им не позволяет.

Пвбэд любит золото. Особенно если Золото делает ему больно.

"Привет, Модди, сегодня я забрал твоё сердце, к сожалению, не имею возможности его вернуть"