После того, что случилось на Собрании Союза Бессмертных, Шэнь Цинцю словно выгорел. И в один прекрасный день, когда небеса были лазурно-голубыми, лишенными облаков, а ветер шелестел листьями бамбука вокруг хижины и ласково касался сочной травы, Шэнь Цинцю понял... Он устал. Всё это время, всё, что он делал - это бежал от участи стать живым мертвецом, павшим от рук главного героя. Прошла кульминация. Ничего не изменишь. Он преодолел Рубикон, достиг точки невозврата... Если суждено, он умрёт.

Шэнь Юань мог официально заявить, что счастливейшим днем его жизни (всех жизней, и этой в частности) стал тот, когда, проснувшись в растительном теле, он не услышал звука активации Системы. Она не отзывалась, сколько бы он её ни звал, а это означало только одно. "Черт возьми, у нас получилось! - ликовало сознание, пока сам Шэнь Юань пытался выбраться из-под земли. - Теперь надо сваливать отсюда, пока не пришёл крындец всему..."

Шэнь Цинцю умер от лихорадки, и его тело занял чужак, пришедший из нашего мира. Ожидавший оказаться в Чистилище, заклинатель открыл глаза перед стойкой регистрации. «Уважаемый клиент! Добро пожаловать в компанию «Перерождение»! Сегодня и всегда мы дарим нашим клиентам возможность путешествовать по любым мирам…» – трясущийся стажёр всплеснул руками, и увидев занесённый над головой кулак, испуганно взвыл. Что же… Чему быть, того не миновать.

У Шан Цинхуа катастрофа — он влюбился, а Шэнь Юань бесконечно тянет через трубочку напитки и наблюдает (и иногда даёт советы).

Да будут прокляты йогурт и Система! Мало того, что Шэнь Юаня закинуло в мир ПГБД, так еще в никому не известного персонажа! И нет бы жить вдали от событий, так его потянуло не туда. Вот что теперь делать с главным героем, увивающимся за ним хвостиком?

Шэнь Юань беременеет. Его мужья, Бингэ и Бинхэ теряют разум.

С недавнего времени на Мобэй Цзюня нашла напасть. Сны. Непристойные, сладкие сны. Они наносили практически ощутимый урон, так что являлись самой настоящей напастью. «О чем же эти сны? — поинтересуется читатель. — О какой-нибудь прекрасной демонице, охомутавшей сердце холодного Мобэй Цзюня, или симпатичном суккубе, на худой конец?» О, нет. Все сны Мобэя были о человеке. Самом близком Мобэю человеке, ради которого он был готов варить лапшу и таскать за собой старые тележки.

Бросать всё всегда болезненно. Сюжет новеллы кончился. Цинхуа и Цинцю решают уйти с Двенадцати пиков, позволив миру новеллы развиваться без них. И, по законам жанра, попадают в другую историю. Или нет? Система, вернись! Неужели все книжные миры связаны?! (ШЦХ: Огурец, прекрати приносить в дом детей!)

Шэнь Цинцю: "Я наберу 10 000 баллов крутости и спасу Ло Бинхэ от падения в Бездну". Шан Цинхуа: "Мы все умрем!" Ло Бинхэ: "Понятия не имею, что это значит, но раз учитель хочет получить баллы, то я их достану для него".

Шэнь Цзю с ужасом ждал первой течки своего младшего брата Шэнь Юаня. Чтобы потом оказаться его альфой. Что ж, это было ожидаемо: они были неразделимы с самого рождения.