Юрина ревность Костей предусмотрена не была.

— Ты можешь меня… эм, придушить ещё раз? — Юра посмотрел на него своими чернющими глазами, и Костя почти углядел в них сдвиг по фазе. — Что сделать? — Придушить. Мне тогда понравилось, — произнес Юра, на коленях пододвигаясь к Уралову.

Юра уныло смотрит в потолок, лёжа на диване и слушает целый доклад от Кости на тему "Вред и влияние на организм курения табачных изделий" или, говоря Юриным языком, курева. По телеку крутят какую-то передачу про очередную неблагополучную семейку, но Юре, честно сказать, похуй. Телек он включил только чтобы шумел на фоне, пока сам Челябинск лежал на диване и выпускал дым в воздух, но пришёл Костя, а телек так и не выключили.

Это как будто памятный альбом с цветными картинками. Всё происходящее, все тёплые, приятные и даже грустные моменты - всё остаётся в памяти. И так порой необходимо пройтись заново по страницам - ведь каждый момент ценен

И хороший вопрос: только ли мальчишник был в Челябинске?

— Нахуй иди. Красиво, базару нет. Вот так запросто, когда человек, в которого ты годами безответно влюблён, целует тебя, первое что ты говоришь — правильно — посылаешь в пешее эротическое. — Я знал, что тебе зайдёт, — усмехнулся Юра, крепко обхватывая руками шею Уралова.

— Ты заебал твердить "мы", будто мы в отношениях. Ты — ёбаный центр федерального округа, город с одними из лучших институтов в стране, красивый и облагороженный. А я, один хер, — скоро превращусь в Чернобыль на минималках.

Потому что Екатеринбург - безумец, которого он полюбил

Костю грела эта улыбка. Костю грело время, проведённое вместе. Костю грели их шутки и это глупое «Катюша». Юра грел Костю лишь одним присутствием.