Костры, на которых сжигали трупы умерших от Мора и на которых Инквизиция казнила ведьм и колдунов, отличались только тем, что зажигались в разное время. Весь город был засыпан пеплом; в бессильных стонах больных перед смертью и в стенаниях еретиков на допросах не было разницы, лишь мука, единая для всех. Прозрение пришло слишком поздно. Орден сам стер границу, когда очередь на костер из живых почти сравнялась с теми, кого нужно было отпеть перед отправкой в последний путь.

— Сакура... что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал?

Сакура и Какаши целуются посреди выжженного поля. Как будто все хорошо, и земля на километры вокруг них не усеяна трупами, тысячи людей не находятся под действием жуткого гендзюцу, а Наруто и Саске не бьются насмерть в Долине завершения.

Их случайная встреча в лифте стала той самой точкой пересечения двух параллельных прямых. Словно сама судьба переплела две тропы жизни, демонстрируя, что их связывает больше, чем просто борьба со смертью. Её оружие — скальпель и врачебная клятва, его — правда и честь семьи Учиха.

Одни и те же события вращаются в его голове, мысли стачиваются, как ножи, режут, выворачивая сознание, превращая его в ошмётки. Он теряет реальность, забывает о правде, возвращается в прошлое или в фантазии. Круги на воде расходятся - вместо воды кровь, круги - порочны и замкнуты.

О чувствах Саске к Сакуре

Когда смущение вяжет по рукам и ногам, но переступить черту необходимо

В канун Рождества происходит много чудес. Однако у каждой медали две стороны. Детектив Учиха Саске привык видеть во всём рациональность и, главное, — реальность. Цепочка странных убийств заставляет задуматься о существовании чего-то странного и необъяснимого. Ещё и эта журналистка в погоне за сенсацией свалилась как снег на голову. Что-ж, придётся работать в праздники...

Гибель Наруто Узумаки от руки Саске Учихи в Долине Завершения изменила судьбы оставшихся членов Команды 7. Кто-то после войны взлетел, кто-то упал и разбился. Оказавшись в списке последних, Сакура извлекла болезненный урок: некоторые душевные раны нельзя вылечить, есть люди, которых невозможно выкинуть из сердца только потому, что этого требует общество, или потому, что судьба предлагает свернуть на иную тропу. Для Харуно это извечная борьба сердца и разума: умирать от любви или быть любимой.

Никто из них не был хорошим или плохим персонажем. Просто студенты, уже не подростки, но еще мозги не окрепли для взрослой и серьезной жизни. Вредные привычки, абьюз и ссоры. Каждый пытался перетянуть одеяло на себя. От стремительных поцелуев и градуса в крови все становилось размытым, настолько нечетким, что можно было забыть о проблемах, учебе с предстоящими экзаменами, нестабильными отношениями с семьей.

А в последний год что-то изменилось. Может, то что они стали взрослыми, а может, причина в Сакуре – она стала такой… Привычной. Если он долго ее не видел, в душе зарождалось смутное беспокойство; без причины перекрасил свою машину в нежно-розовый, долго издеваясь над автомалярами, пока они подбирали нужный оттенок, в тон ее волосам, а после – подарил ей, стоило ей заикнуться, что она хочет купить какую-нибудь подержанную тачку.

"Сколько их было, Саске? Помнишь ли ты их имена, лица, тела? В какой момент все они начали сливаться в одно сплошное безликое нечто? Можешь ли ты назвать, кто из них был пять лет назад? Кого приводил на мой день рождения? Кто из них сопровождал тебя на инаугурации Какаши? Была ли хоть одна чей цвет волос остался в твоей памяти? Утруждал ли ты себя хотя бы попытками? Я помню каждую."

Безответное чувство в груди Сакуры расцветает с наступлением весны.