Говорят, воля Одина вспыхивает, как гром среди ясного неба. Торфинн узнаёт насколько же это верно.

В эпоху, когда даже мысль о лучшей жизни вселяла в душу надежду, а мирные дни, не омраченные битвами, вызывали беспокойство, а не набожную благодарность, вся жизнь, проносившаяся коротким мигом, превращалась в игру на выживание. Где же в этом зарождающемся обществе, где каждого можно было назвать мучеником, обделенные находили силы, чтобы продолжать стоять?

— Не нарывайся, старик, иначе прикончу прямо тут, — слова звучали не слишком убедительно, потому что их владелец был пьян. Его щеки напоминали закатное небо, глаза слегка затуманились, как, видно, и разум. Дыхание рваное, пульс участился. Да, Аскеладд не просто так схватил юнца за ту часть, которая могла выдать скорость сердцебиения. В его планы входило «прощупывание», так кто сказал, что оно будет лишь ментальным?

Аскеладд – приемный отец Торфинна. Сборник драбблов.

— А разве после хорошей плети кнут теперь не кажется еще слаще?

Спать с тобой — это самоубийство.

Это было то, что многие называют "ошибка". Это было то самое "поспешное решение" в жизни Торфинна. Это то, о чем обычно не говорят и то, о чем пытаются забыть. Он был молод, влюблен и совершенно уверен в том, что поступает правильно. Он не думал о перспективах и жил настоящим. Но правильно ли он рассуждал? Неужели тот самый первый брак, что связал его с любимым человеком, был "ошибкой"?

Когда наступает утро и ты встречаешь его в объятиях любимого мужчины, тебе кажется - все хорошо. Но когда ты открываешь глаза и понимаешь, что произошло что-то странное, тебя настигает паника. И открыв глаза Торфинн увидел перед собой своего возлюбленного, то решил, что это все - просто дурной сон. Он должен был проснуться в теплой кровати от ласковых поцелуев, а не в холодном полуразрушенном сарае от искреннего удивления Артория, который одет как викинг и явно не рад Торфинну в своей постели.

- Дай мне клятву, Аскеладд. Дай мне её – и я похороню тебя в этом грёбаном Уэльсе рядом с твоими уродскими драконами. В голубых глазах мелькнули огоньки, точно искры от углей попали в них. - И что же ты хочешь за такую щедрость?

«В том-то и дело, плешивый, что без тебя спится слишком хорошо.»

Что случается, если протянуть руку к чужому зверю.

мутирует в собачий кайф.

Дверь с натягом открывается, и скрипит порог. Так в дом заходит не палач, но жаждущий разорвать тебя на кусочки в любую секунду.

Аскеладд первый, к кому Торфинн приходит, будучи израненным и сломанным.

Аскеладд выжил. Куда это приведëт его и Торфинна, ещё предстоит узнать.