Гермиону распределяют в Слизерин, и ее дразнят соседи по факультету, особенно Драко Малфой, которому удалось оттолкнуть маленькую волшебницу не только от Слизерина, но и от всего Хогвартса. Но что будет, когда Гермиона узнает, кто ее настоящий отец? И как она докажет свою ценность?

Потребовался год,чтобы понять,что он никогда не был врагом. Ровно год,чтобы открыть душу друг другу.

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

От всех омег пахнет слишком приторно, так, что виски неминуемо сдавливает от головной боли, а обонятельные рецепторы хочется соскрести вместе со слизистой. Но от Грейнджер исходит легкий аромат чернил, зелёного чая и уюта, и Драко Малфой не может найти причин, чтобы противостоять этому.

- А ты снова укроешь меня крыльями? - хихикнула девушка. - Если ты хочешь, - мягко согласился блондин.

После войны прошло несколько лет, а легче не становится. И пока все строят новую жизнь, героиня войны стоит на учете у мозгоправа, который помогает ей выйти из глубокой депрессии, приправленной алкоголем и паническими атаками. На одном из сеансов доктор заявляет, что решается на эксперимент: на целый месяц поручает ей, Гермионе Грейнджер, и Драко Малфою, также проходящему у него терапию, следить за его щенком, несмотря на взаимную ненависть своих пациентов…

Хватило лишь неожиданного решения и сбивающего с толку прикосновения губ к чужим, и Драко Малфой понял, что соулмейты — не придуманная история для сопливых романтиков. Хватило лишь минуты съедающей изнутри боли и невозможности быть вдали от него, и Гермиона Грейнджер поняла, что отказаться от этого дара не получится.

— Гарри, — начала Гермиона, стараясь контролировать дрожащий голос, но в это же время ощущая, как паника стала сковывать горло, — почему Драко Малфой так громко кричал что-то о своей... — это слово едва не задушило её, когда она наконец смогла его произнести: — жене? Приквел, который лучше читать после «Ждать и Надеяться»: https://ficbook.net/readfic/10089466

Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

Гермиона полна решимости добиться в жизни успеха. С самого первого дня работы в Министерстве она уверенно взбирается вверх по карьерной лестнице. Но ее планы рушатся, когда несчастный случай на работе оставляет ее с парой прикрепленных к спине крыльев вейлы. Почему это с ней произошло? И почему Драко так заинтересован?

— Я мертва, — произнесла она. Это прозвучало как нечто совершенно обыденное. Ее друзья посмеялись. Но Малфой смотрел на нее, только на нее. Она моргнула. Ее друзья продолжили общаться, она нет. Ее губы не дернулись в ответ на омерзительную, кошмарную шутку. Уголки глаз не сузились от аморальной забавы. Он отвернулся, осознав, что с простого наблюдения перешел к пристальному разглядыванию. Но не смог отделаться от одной мысли. С Грейнджер что-то было не так.