Рядом с ним стало по-настоящему ясно, что романтическая любовь - лишь грань настоящей любви. Грань, без которой настоящая любовь тоже может состоять. Или Au, где Юнги - аромантик, а Чимин слишком влюблен, чтобы из-за этого отказаться от него.

- Я хочу тебя поцеловать, - шепчет Чимин, рассматривая губы. - Ты не хочешь целовать меня, ты просто хочешь целоваться, - Юнги улыбается грустно и немного отодвигается. - Я всегда хочу тебя целовать, - пьяно бормочет Чимин.

Идти в клуб, когда усталость от жизни давит на сердце, - плохая, нет, отвратительная идея. И Юнги это понимает, когда его зажимает в углу парень, с которым он познакомились  пару минут назад. И все бы ничего. Только вот  Юнги - альфа, а этот парень - омега.

Чимин не делает ни шага навстречу, потому что Юнги ждет истинность. Зачем ему отношения с бетой, если где-то гуляет подготовленный природой для него альфа? Идеально подходящий и обеспечивающий счастье. Больше всего на свете Чимин желает видеть Юнги счастливым. И если счастье - быть с истинным, то он просто будет наблюдать за ним. Привык быть наблюдателем и второстепенным персонажем. Возможно, именно эта привычка не позволяет увидеть робкие попытки Юнги сделать первый шаг.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Любой мальчик вырастет в мужчину, а потом, наверное, влюбится. Или иначе: любой мальчик влюбится в мужчину, а потом, наверное, вырастет. Говорят, от перемены мест слагаемых сумма не меняется.

— Мы с тобой не друзья. Запомни уже нахрен: не друзья. И никогда не будем.

— Чтобы обратить на себя внимание, не стоило тебе так геройствовать, — со всей жестокостью терзает тело своего молодого супруга глава клана Мин, не придавая значение слезам, поблескивающим в уголках глаз омеги. AU: История, в которой Юнги уверен, что омеги подлые и обладают низменными желаниями с рождения. Но нужен тот, кто землям Эмеральд наследника подарит и ему на троне удержаться позволит.

Никогда! Слышите, никогда не просите Двалина тактично и ненавязчиво выяснить у полурослика, нравитесь вы ему или нет.

Украшений Саша не носит, но, как помнит весь район, Сашу украшают шрамы, к зиме поселившиеся ещё и на шее. Декабрьской ночью он, потрёпанный и разорванный, вломился в дом, но не к себе, а к Роме. Говорят, следы от тающего снега мешались с кровью и в подъезде можно было по алым каплям выследить, к кому побитый пёс пришёл скулить. Рома сам хотел его убить, сам бы не глядя придушил, если бы не вид Шуры, не голос, не взгляд его.