Новый и улучшенный отель «Хазбин» открыт для посетителей, и теперь, с постоянным потоком гостей, ищущих искупления, Чарли не может быть счастливее. Но когда Аластор продолжает уклоняться от своих обязанностей хозяина отеля, у нее нет выбора, кроме как противостоять ему. Она потрясена, обнаружив его запертым в своей радиовышке, медленно умирающим от смертельной раны, нанесённой ему ангельским оружием. К большому огорчению радио-демона, она посвящает себя его выздоровлению.

Человек должен потерять навсегда, чтобы начать это ценить. Раскаяние следует за ним по пятам, но сожаления угасают в холодном эгоизме. И только в тот момент, когда он решится оторвать маску, ставшую личиной, Божественный суд провозгласит: "Амнистия!"

«— Я провожу этот небольшой опрос, чтобы узнать, не являешься ли ты потенциальным кандидатом для моей идеи об искуплении. Если бы ты не был взаперти, то знал бы, что Ад перенаселён, а особенно Кольцо Гордости с грешниками. Некоторые из них находят здесь новую жизнь, некоторые заводят семьи и друзей. Я хочу дать им возможность стать лучше и найти выход отсюда. Это несправедливо. — Несправедливо? — насмешка прозвучала из его уст. — Дорогуша, мы здесь не для того, чтобы быть справедливыми.»

Её душа подобна человеческой: мягкая, заботливая, донельзя нежная и сладкая. Аластор мог бы бродить вокруг да около всю свою вечность в Аду, но будь он проклят, если не попытается заполучить её в своих личных целях, позже уже не имеющих всякого смысла.

Она до безнадёжности наивна и глупа и определённо не стоит его внимания, однако… Почему её улыбка заставляет сердце биться чаще? И вообще, есть ли у Аластора сердце?

— Почему ты не хочешь искупить свои грехи, Аластор?..

Кажется, Чарли все-таки обманули. Кажется, Чарли совсем не против.

В один из дней король Ада, Люцифер, просыпается в отеле дочери, осознавая, что совсем не знает и не понимает где он находится и, почему он здесь? Как будет вести себя любимейший из сынов, который, будто, саму вечность, старался доказать Отцу, что его доверие к нему величайшая награда из всех.

Только раз, и то если очень повезет, ты встречаешь человека, который разделяет твою жизнь на две части, до встречи с ним и после.

Всем в отеле плевать какой ты могущественный оверлорд. Переставай лгать! Хотя бы самому себе! Серьёзно. Ты уже не вывозишь. Признай уже, наконец, что ты такой же лузер, как и все мы здесь. Наконец Хаск может сказать это Аластору в лицо.

Дважды он проливал за неё кровь. Дважды она оставляла его истекать ею на глазах у всех. Что тяжелее для демона-радиоведущего: физическая рана, о которой она, кажется, даже не догадывается, или рана от её холодного равнодушия? История о долге, боли и том, что даже у Аластора есть предел.