AU, где Арсений отказывается бороться с психосоматической слепотой, пока в жизнь не врывается Антон. "Почему Антон такой дёрганный? Как же их традиция приветственного изучения? Человек рядом ощущался, как оживленный поток автомобилей на шоссе, и мужчина до сдавленных слёз хотел сбежать, спрятаться от опасности. -Да остановись ты! –вместо просьбы получился отчаянный крик: -Не двигайся! Хоть секунду… Оборвав себя на полуслове, юноша послушно встал под его вытянутые руки и задержал дыхание."

AU, где Арсений страдает проблемами с памятью после аварии, а Антон помогает ему жить с этим недугом. Или всё не так невинно? Арсений может только на слово верить в то, что ему говорят, не имея возможности поймать второго на лжи. Что, если этим воспользуются? В работе поднимается неоднозначный вопрос - можно ли остаться собой, лишившись воспоминаний? И, что важнее, нужно ли?

У него было время на всё: на работу, на съемки, на фанатов. Арсений обнимал всех, кто в этом нуждался, дарил драгоценные секунды внимания почти всем фанатам, но совсем забыл о главном. И это аукнулось ему тогда, когда он этого совсем не ждал. Теперь ему предстоит свыкнуться с новой ролью по всем параметрам: ему придется быть отцом.

Это какой-то злобный жизненный прикол. У Антона стояло на Арсения постоянно. И если поначалу это вызывало эмоцию по типу "ахаха, прикинь?", то спустя время начало пугать. Он уже задумался о покупке стальных трусов, чтобы хотя бы не прикрываться каждый раз. Стояло - на голос, на улыбку, даже на одежду. Просто на пиджак, оставленный на стуле! Всё бы ничего, если бы Антон не был ассистентом фотографа, а Арсений - моделью, с которой они чаще всего работали.

Попов был не просто занозой в жопе: он был и занозой, и жопой, и невозможной заёбой. Чем дольше Антон смотрел на начальника в его дурацком ежедневном "костюме" ботаника, тем громче в голове звенела мысль - "что-то здесь не так". Но он готов был бороться за место на новой работе до конца. Будут они врагами, друзьями или трахнутся прям на столе после смены - неважно.

Может быть, солнцу суждено любить того, кто падает в море. // или AU про полубогов, где Антон — сын бога света и исцеления, а Арсений — сын богини смерти

Волшебство, доступное аврору Шастуну А. А.: заклинания (5 шт.), волшебная палочка (1 шт.), ключи от магической хрущёвки (2 шт.). Антон не жалуется: Колдовстворец разрушен более двадцати лет назад, магии в стране всё меньше, а единственный законный способ колдовать для нечистокровных волшебников — работать на Министерство. И когда его отправляют на задание в последнюю школу магии в России, он соглашается, понимая, что другого шанса узнать, какое оно, настоящее волшебство, не будет.

Арсению Сергеевичу сорок, он любит свою работу — учителя русского и литературы и по совместительству завуча по учебно-воспитательной работе — и кота, которого зовут как персонажа Набокова. Больше он ничего не любит, потому что, кажется, не умеет. Антону тридцать два, у него бесполезное образование учителя физической культуры, смутное представление о том, что делать со своей жизнью, и полная неспособность запоминать школьные аббревиатуры.

Арсений ничего не ждёт от поездки в санаторий, разве что тишины, бесплатной еды и долгих прогулок по лесу. Вместо этого он знакомится с писателем Антоном и встречается со страхами — и не только своими.

Испить кровь другого вампира – серьёзный грех и постыдное преступление. Но что делать, если Антону этого хочется до горящей пульсации в клыках?