Жизнь Антона можно было уверенно переименовывать в порно-ситком. Как ещё иначе объяснить, что он упирался ширинкой Арсению в щёку - ещё и отодвинуться никак не мог? Любой омега в подобной ситуации уже бы поплыл, учитывая подступающий на днях гон. Но они с Поповым были заклятыми врагами, что выручало. Выручало же?

Это какой-то злобный жизненный прикол. У Антона стояло на Арсения постоянно. И если поначалу это вызывало эмоцию по типу "ахаха, прикинь?", то спустя время начало пугать. Он уже задумался о покупке стальных трусов, чтобы хотя бы не прикрываться каждый раз. Стояло - на голос, на улыбку, даже на одежду. Просто на пиджак, оставленный на стуле! Всё бы ничего, если бы Антон не был ассистентом фотографа, а Арсений - моделью, с которой они чаще всего работали.

Испить кровь другого вампира – серьёзный грех и постыдное преступление. Но что делать, если Антону этого хочется до горящей пульсации в клыках?

Арсения не волновал собственный образ типичного ботаника до тех пор, пока он не решился получить второе высшее. В новом институте ему не посчастливилось столкнуться с Шастуном - талантливым сокурсником с наглой улыбкой и длинными пальцами, которыми тот сжимает арсеньевское бедро под партой во время лекции. Ещё и на ухо шепчет это своё "Дрочишь, задрот? Ну скажи, дрочишь?".

В космических экспедициях Антон работал кем-то по типу "подай-принеси-иди-нахуй-отсоси". Он бы выкинул свой диплом лингвиста в иллюминатор, если бы в этот раз с ними не было Арсения - вежливого и горячего инопланетянина, который говорил фразами из советского кино и эротично покусывал губу, когда пытался вспомнить правильный перевод.