Вадим перекатывает зубочистку из одного угла рта в другой. У Разумовского тяжелеет дыхание и сатанеют глаза. На вздымающейся груди покачивается волчий клык. Вадим помнит его, как помнит скрипящий на зубах песок, раскаленный пустынный воздух и быстрый перепих в палатке — никаких сантиментов, суровая необходимость и единственное не вызывающее отвращения лицо на тысячи километров вокруг. // альтернативное развитие ЧД8, Алтан не хочет марать руки и поручает заняться схваченным Разумовским Вадиму

Вадиму показалось, что он умер вместе со своим командиром, когда ему походя сказали в штабе: Давид Волков — все. И стоило только-только зарубцеваться старой ране — нарисовался другой Волков…

Сколько бы времени не прошло, Вадима всегда будет тянуть к Олегу магнитом, потому что, однажды влюбившись, Дракон навечно обречён лелеять своё сокровище. Пополняемый сборник. Милое описание – кинковые главы.

— А тебе до меня какое дело? Так хочется, чтобы до волчонка было кому-то дело, да? Вадик оборачивается, ухмыляясь, чуть наклоняется вперед — взгляд кидает на жесткий живот, на темную дорожку волос — южный мальчик, вкусный, наверно? Под струями душа прохладно. — А, может, ты мне нравишься? И смотрит так, словно это Олег ему должен ответить — может или не может.

Дракон вспоминает первую встречу с Олегом Волковым и не только....

В жаркой, затянутой паром душевой они в тот вечер остались вдвоем. Олег зависал под тугими струями, прогревая потянутую утром спину. Вадик уже помылся, однако уходить не спешил.