Эвтида привыкла жить в глуши, где происшествием считают побег кошки от безумной старушки. Но убийство школьной подруги рушит иллюзию спокойствия. Серьëзность ситуации Эва осознаёт, когда для расследования преступления из Вашингтона возвращается Амен Блэквуд — агент ФБР и старый знакомый девушки. Неизвестно, что принесёт больше бед: объявившийся в городе убийца или до дрожи вредный блондин по-соседству.

Изощренные правила члена преступной банды запрещают ему связываться с полицейскими. Иначе в итоге его будет поджидать смерть от рук своих товарищей. Но как же поступить лидеру группировки, если она влюбится и откроется одному из них, сама того не ведая? Каково ей будет узнать, что она невольно стала предателем? Жестокая. Бессердечная. Волевая. С виду похожа на истинного главаря. На самом же деле совершенно другая. Мягкая. Ранимая. Жаждущая защиты. Такая, которую сможет увидеть лишь один.

Зарисовки о молодожёнах, в ожидании малыша. По мотивам "Что случилось с Эвой? Финал. Happy End"

Египет одолела хворь. Люди гибнут тысячами, но лекарства так и нет. Фараон озабочен будущим своей страны и выпускает указ гласящий о том, что юноши и девушки старше шестнадцати лет обязаны вступить в брак до конца лета. Ни один Эпистат никогда не был женат, их жизнь не предназначена для семьи. Что ж, видимо Амен станет первым.

Растение может и спасти, и навредить. Зависит от того, в чьих руках оно находится и ради каких целей используется. Это чем-то напоминает Эвтиду. Станет ли она пешкой в игре неизвестного черномага, или будет диктовать собственные правила?

Она уникальна. Её внешность прекрасна, но речи всегда ядовиты. Лицо полно света, но глаза печальны, поступки положительные, но профессия тёмная. Он и она совсем не похожи. Его ведёт долг, за ним тянется длинный кровавый след. Её ведёт лотос и за ней остаётся дорога из лепестков божественного цветка. Его задача найти эту Божественную дорогу невзирая на то, что она — шезму, а его задача — убивать таких как она.

Наступила чёрная хворь. Отец Эвтиды выдаёт девушку за высокопоставленного эпистата. Это брак по расчёту— не более. Сможет ли простая формальность перерасти в нечто большее?

Я была студенткой, которая зарабатывала стриптизом. Худший кошмар таких как я заключался в том, что бы встретить знакомого на заказе. А если профессора?

— Шоу должно продолжаться, неферут...

Танец - это язык, которым говорят души без слов. В движениях тела заключена вся гамма чувств: страсть, радость, грусть, нежность. Когда человек танцует, он становится одним с музыкой, погружаясь в ритм и мелодию. Я танцевала, но однажды, мой танец жизни стал не одиночным. Меня закрутило в водоворот событий, где главенствующую роль занял он.

— Эвтида, не буди во мне зверя.

просьбы хозяина нужно исполнять…

Она боялась шелохнуться, всё ещё стоя на коленях перед эпистатом. Боялась дышать громче, чем нашёптывал ветер о её скорой кончине. Мечтала, чтобы Амен забыл о её существовании, позволил исчезнуть, испариться, но не продлевал мучения от нахождения рядом с ним. Эвтида заметила, как эпистат приблизился, вынимая из ножен свой клинок, а после, зайдя ей за спину, опустился на колено.

Последний год в школе обещает стать для тихой и скромной Эвы переломным. И дело не только в выпускных экзаменах, а и в самом популярном парне школы, который начал проявлять к обычной девушке нездоровый интерес.

Mamihlapinatapai — слово из языка индейских племён, означающее взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один не хочет быть первым.

То утро не задалось с самого начала, начиная отключением электричества и заканчивая вызовом к месту обнаружения Эмили Роуз. Сегодня суббота, и я намерена отключиться в выбранном Дией баре.

Следуя совету подруги, погруженная в работу Эвтида регистрируется в весьма необычном приложении.

В небольшом тайничке под полом Эва обнаружила множество своих фотографий, явно сделанных тайком. Её любимый парфюм, который она думала, что потеряла, складной ножик, который она узнала не сразу и изначально не поняла кому он принадлежал, и наконец... Дневник! Мой дневник! — слёзы тут же покатились по щекам, губы же задрожали. Он... это всё он! Это всегда был он! Прижав руку к лицу Эва начала истошно плакать, пока неожиданно не услышала голос Амена…

— Да, господин. Слушаюсь, господин. Это, и только это должно вылетать из твоего милого рта, Эва, если ты действительно хочешь, чтобы я был твоим хозяином.