Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

Что делать, если ты не можешь надолго отойти от человека, который тебя раздражает, дальше чем на метр? Что делать, если ты всё-таки нарушаешь это правило, и тогда тебе нужно срочно к нему прикоснуться, потому что в противном случае твоё тело пронзает боль похлеще, чем от Круциатуса? Что делать, если этот человек должен жить с тобой в твоём доме, пока твой лучший друг ищет способ снять с вас это заклятие?

Народ с энтузиазмом обсуждал новый повод для сплетен. Новый повод для его унижения и падения на самое дно, во всех смыслах этого слова.

— Гарри, — начала Гермиона, стараясь контролировать дрожащий голос, но в это же время ощущая, как паника стала сковывать горло, — почему Драко Малфой так громко кричал что-то о своей... — это слово едва не задушило её, когда она наконец смогла его произнести: — жене? Приквел, который лучше читать после «Ждать и Надеяться»: https://ficbook.net/readfic/10089466

Драко Малфой и Гермиона Грейнджер после расставания со своими вторыми половинками случайно напиваются вместе на одном рабочем торжестве. Несмотря на взаимную ненависть, вечер заканчивается их жарким сексом в одном из кабинетов Министерства. Но то, что должно было стать развлечением на одну ночь, продолжает так или иначе повторяться...

…Золотая дочь появляется на судне Солнца, Ра любит ее. Могучее судно по крови скользит, Ра любит ее… (отрывок стихотворения о Сехмет из тринадцатой главы) Гермиона Уизли — глава Отдела регулирования магических популяций — после пяти лет брака решается разорвать отношения с Роном Уизли. Из-за загадочного ограбления Британского музея она вынуждена отложить развод и отправиться по преступному следу в Египет. Компанию ей составляют Драко Малфой и Гарри Поттер.

"Драко глядел на фотографию Гермионы. – Грейнджер, – брезгливо произнес Блейз. – Та патлатая гриффиндорская всезнайка? – он потер лицо, самодовольная улыбка скривила губы. – Ты хочешь провести всю оставшуюся жизнь прикованным к этому бобру?... Драко резко схватил опешившего итальянца за мантию и сильно встряхнул, почти приподнимая над полом. – Выбирай выражения, говоря о моей будущей жене."

Драко опрометчиво заключил пари с Поттером и проиграл. Теперь он должен совершить невозможное — научить Грейнджер играть в квиддич.

...и один раз, когда они попались.

Говорят, один раз — это случайность, два — совпадение, а три — закономерность. А четыре? Что там говорят про четыре?!

О неправильном выборе, искуплении и счастье. Постканон. Восьмой год в Хогвартсе, и то, что было после. Гостиная старост — отправная точка. События будут развиваться далеко за ее пределами.

Гермиона сидела в кресле перед слишком-мать-ее-спокойной Джинни и пыталась не разрыдаться. Она никогда не напивалась. Она ни с кем не встречалась. Она не ходила на свидания. Она не могла быть беременной. Это просто какой-то сюр. Чья-то шутка. Тупой розыгрыш. Но сканирующее заклинание от Молли Уизли только подтвердило приговор. Золотое свечение между тазовых косточек почти заставило ее упасть в обморок

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

— Скорпиус — мой сын?

Драко Малфой был влюблен в Гермиону Грейнджер. Он не знал об этом. Она не знала об этом. Но Блейз, о Мерлин, как же Блейз об этом знал.

Невозможно игнорировать то, что уже началось

Драко Малфой понятия не имел, почему продолжает целовать Гермиону Грейнджер. Только одно он знал наверняка: он в этом уж точно не виноват.

Сводить людей — задача не из легких, но Блейз Забини с долей слизеринской выгоды и не без праздного удовольствия решает этим заняться, чтобы избавить замок от каждодневных скандалов Малфоя и Грейнджер.

Гермиона всегда плохо относилась к изменам. «Если ты живёшь с любимым человеком — невозможно захотеть другого», — так думала она и была твёрдо в этом уверена.