Тэхён предпочитал звать себя коротко и просто – Ви. Почему? Чонгуку нравилось.

«Из чего бы ни были сделаны наши души, его и моя - одно и то же... Если бы все остальное погибло, а он остался, я бы все еще продолжал существовать, но если бы все остальное осталось, а он был бы уничтожен, вселенная превратилась бы в могущественного незнакомца» —Эмили Бронте, Грозовой перевал.

Этот мужчина болен хроническим символизмом и считает себя драконом, сжигающим собственное нутро. На безлюдном шоссе вдали от города он встречает человека, любовь к которому живет в нем со студенческих лет, и впоследствии узнаёт, что тот тоже болен. Болезнью несколько страшнее, но тоже похожей на самосожжение. [Случайная встреча спустя сорок месяцев разлуки, чтобы двое увидели, во что разрыв превратил каждого из них.]

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

Когда человек чувствует себя потерянным и одиноким, когда он утратил смысл жизни и видит единственный выход в смерти, может ли что-то помочь ему в таком состоянии? Скорее всего, нет. Тэхён думал именно так до тех пор, пока не встретил Чонгука, который заставил его поверить в то, что в этом убогом мире всё ещё существуют хорошие люди.

Сумин сказала, что мне нужен папик. Я посмеялся ей в лицо, но судьба посмеялась громче.

Чонгук должен был охранять его тело, а не спасать душу.

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.