феликс любит объятия, боится громогласных гроз и красит волосы акварелью по воскресеньям.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

два слова, к которым он возвращается, как к себе домой, после долгого и тяжёлого пути. ёнджун — это о чём-то родном, что само собой в тебе живёт, о хороших временах, обо всём, что ты любишь за просто так.

бомгю практикует йогу, слушает старый рок, рассказывает о буддизме и носит на запястьях бесчисленное количество фенечек, а ёнджун бомгю просто любит.

впервые енджун увидел этого паренька в круглосуточном у дома — тот рылся в холодильнике с мороженым в самый холодный день зимы.

ёнджун лежит на полу в своей квартире, глядя в потолок, когда звуки начинаются вновь. он слышит, как парень кричит на кого-то, кажется по телефону, стук чего-то об пол, а затем, уже привычные, но все еще такие же разбивающие сердце, всхлипы. ёнджун поднимается с пола, еще раз спрашивая себя, действительно ли он хочет вот так вмешиваться в чужую жизнь. слыша очередной всхлип, он понимает, что да. хочет.

— на тебе моя толстовка, — заметил бомгю, когда ёнджун обернулся и подошел к дивану. или ёнджун и бомгю медленно, но верно влюбляются друг в друга.

знаешь, ты любил меня ненавидеть; я же — ненавидел тебя любить.

Ёнджун ведёт смычок за взмахом чужих изящных пальцев, которые терпеть не может, как и в целом характер заносчивого дирижёра с раздутым самомнением. А тот... просто не умеет бояться и совершать ошибки.