Минхо, как обычно, положил руку на колено Хану, глядя на него тем взглядом, которым он смотрел только на него. Джисон, как обычно, поймал его взгляд и улыбнулся той улыбкой, которой улыбался только ему. Ребята, как обычно, сделали вид, что ничего не замечают.

Хен целует его в висок почти материнской теплотой, и от этого так плохо, что хочется рыдать. Ему снова не дают саморазрушаться.

У Минхо месячные. И это грустно.

Смотрел он — человек, едва стужей не похороненный — как горный царь возвращался на свой престол.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

В ординатора-первогодку Чон Чонгука восемь лет безответно влюблён альфа, заведующий хирургией Ким Сокджин мечтает о ребёнке, а вокруг старшего медбрата Пак Чимина то ни одного достойного альфы, то сразу два.

Мы есть ночь. Mafia AU.

Одиннадцать месяцев назад Кенма бросил его, и в теории это значит, что теперь Куроо с ним ничего не связывает. В какой-нибудь теории — эволюции, вероятностей, разбитых окон, бесконечных обезьян, прибавочной стоимости, чёрного лебедя, моральной паники, — в какой-нибудь из этих теорий наверняка так и есть. Но... [Кенме ставят диагноз, который меняет всё в его жизни — и даже то, что изменить, казалось бы, нельзя]