Эймонда не слишком интересовали плотские утехи. Он трогал себя всего несколько раз, пытаясь представлять изящных благородных леди — нагих и податливых. Но, кончая, он всегда вспоминал ледяные обжигающие глаза Деймона Таргариена.

Деймон решает наказать своего племянника за его колкий тост про сильных парней. Однако его урок выходит из-под контроля, и Деймон, причинив вред Эймонду, сам получает настоящую зависимость, с которой не в силах справиться. Как выясняется позже: всё дело в коварной драконьей крови... Боги одарили семью Таргариен силой укрощать драконов, но ниспослали на них и проклятье.

Желанная корона ускользнула от Эймонда, как сухой песок проскальзывает сквозь пальцы. Едва закончился бой против двух драконов, на подмогу своей союзнице подоспел Дэймон и сразил Вхагар.

И если взгляд Эймонда горел от восхищения, легендарной личностью Порочного принца, взгляд Деймона пылал огнем похоти и желания, но взгляд этот он пока тщательно скрывал. В своих стремлениях, Деймон никогда не чурался достигать желаемого недостойными методами. Соблазнение мальчишки становилось, чем-то вроде цели, ведь Порочный принц еще не сталкивался с таким жгучим безответным вожделением, что же, тем приятней будет итог. За все непреодолимые желания, рано или поздно приходится платить…

Смотреть на своего грозного, надменного племянника сверху вниз доставляет удовольствие, в этом Деймон признается себе без ужимок. Чуть наклонившись, он берется за застежки кожаного камзола, что Эймонд почитает более любых доспехов.