– На что играем? – О, я знаю! – девушка, закусив губу, чтобы не хихикать, шустро выуживает из сумочки футляр. – Отлично, – ухмыляется Чон, когда внутри оказывается небольшой вибратор. Цепляет пальцем дистанционный пульт управления и хищно облизывается, прожигая дыру в Тэхене. – Что, так не терпится запихнуть что-нибудь в задницу, Чон? – не может сдержаться тот. – В твою, – скалится парень, ловко тасуя карты. – Не для тебя мама ягодку растила, – ехидно кривит губы Тэхен под смешки толпы.

Ким Тэхен в принципе не любит шумные вечеринки, но какого-то черта поперся туда, куда пришел самый ненавистный ему человек по имени Чон Чонгук, из-за которого ему пришлось играть в карты и выполнять блядские желания ввиду бесконечных проигрышей.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Всё это чертовски пугало, Чонгук постоянно пытался альфу оттолкнуть, потому что чувствовал, что тот и так приблизился слишком сильно. Он по-прежнему казался Чону несерьёзным и не самым надёжным, омеге постоянно казалось, что рано или поздно ему эта дружба больно аукнется, но Тэхён пёр танком и на все Чонгуковы "стой, блять" также мысленно отвечал "подожди, я тут ещё не все ограждения переебал".

Они — разбитые дети улиц. Они — закупоренное в бутылке отчаяние. Они — закон.