Что такое волна Челюсти? Это волна, которая способна поглотить сёрфера. Феликс сидел на коленях и широко улыбался. Его тело сзади освещало золотое солнце, снизу казалось, что это солнечная аура человека. Лучи обводили границы узкой талии и острых плеч. В глазах отражался блеск океана. Хёнджин застыл, рассматривая красивую фигуру, взгляд упал на физиологическую линию торса. — 2:1, в мою пользу, — все еще улыбаясь, ответил Феликс.

Хёнджин правда обожает своё тело. Но есть одно «но». И это ахуеть какое большое «но» болтается двадцать четыре на семь вдоль его бедра. Это «но» вычеркивает из жизни Хёнджина обтягивающие вещи и заставляет прятаться ото всех в раздевалке. Когда это «но» подаёт признаки жизни, в самое неподходящее время наливаясь кровью, Хёнджин готов сквозь землю провалиться, потому что спрятать свою валыну — задача не из лёгких. Да, у Хёнджина огромный хуище.

Джисон хнычет жалобно. Сдаётся. Тяжелая голова ложится на его плечо, пока тёмные пряди неприятно липнут к намокшим глазам. А бархатный голос шепчет на ухо. — В этот раз сопротивляться не будешь? — Не буду.

Хван Хёнджин любил людей. Ровно до того момента, пока в квартиру сверху не вселился новый сосед.

Феликс сидел на полу своей ванной комнаты и вертел в руках зажигалку, яркую и пластмассовую. Такие продавали в магазине за углом. Там же продавали Marlboro Red. Крепкие сигареты, которые Ли никогда не любил, но которые упрямо продолжал покупать. Он делал это потому, что они напоминали ему о Хёнджине. О парне из его тусовки стритрейсеров, который курил Marlboro Red, гонял на Bentley, доставшемся ему от отца, и никогда не имел дела с парнями. Вернее имел, но не такое, как хотелось самому Феликсу.

Чонин помог Минхо найти и переехать в новый дом. Он хотел обустроиться где-нибудь в лесу, но Чонин не нашёл ничего лучше, чем дом посреди городского парка. Правда, никто из них и не догадывался, что он хоть и казался пустым, но в нем все так же находился жилец, который совсем не рад новому незваному гостю, что величал себя здешним хозяином. Джисон знал, что хозяин здесь только один, и это он.