Эти глаза были наполнены сумасшествием. Парень перед ним был словно заперт в красивой упаковке... Раскроет ли Хëнджин свой истинный образ, и сможет ли Феликс сбежать, когда в голове лишь слова о проигрыше?

Хван Хенджин коллекционировал бабочек и Феликс не стал исключением. Он был самой красивой бабочкой в его коллекции. — Ты влюбился в меня, как глупо, – смеялся Хенджин. — Почему же? — Согласно эффекту бабочки, каждое, даже самое незначительное событие, каждое решение и фраза может изменить ход всей нашей последующей жизни. Один взмах крыльев и сердце быстрее бьётся в груди, второй взмах и окрыленное чувство – любовь. — А третий взмах? – спросил Ли. — А третий – смерть.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Каждый день в школе для младших был кошмаром. Старшие постоянно издевались над ними. По закону жанра: лохи влюбились в крутых ребят. Только вот самой популярной четвёрке эти зубрилы нафиг не сдались. Но все люди меняются. И лохи тоже могут измениться. Только вот старшие не думали, что настолько.

— поцелуешь? — голос феликса предательски дрожит, но он так давно мечтал о том, что кто-то нежно коснётся его шрамов, что сейчас не может не просить об этом. хёнджин становится на колени перед парнем и смотрит в глаза последнего, после чего проходится чуть шершавыми губами по засохшим корочкам и старым ранам. теперь ликс надрывно плачет, а джин, устало уткнувшись лбом тому в живот, желает лишь одного — чтобы любимый мальчик больше не страдал.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Любознательный студент Феликс и создатель его снов Хенджин живут в разных мирах. Хенджин безумно хочет познакомиться с Феликсом, а для этого его подопечному нужно как-то попасть в Мир снов, что по правилам их мира строго запрещено. Но желание Хенджина сильнее любых запретов.

Дружба с Джисоном приносит Хёнджину головную боль и бесконечные проигрыши в играх на желание. Однако, обычно Хван в состоянии выстоять секундную атаку кринжем, но сейчас... — Хёнджин, мой милый друг, у меня для тебя особенное желание. После этих слов Хёнджин ничего хорошего не ждёт, нет, Хёнджин пытается осознать мысль, что ему придется отправить нц-фанфик со своим участием своему крашу-преподу вместе с конспектами. И, видимо, параллельно прогуглить детдом с адекватными условиями проживания.

— Ты говорил, что все будет в порядке! — уже без сил бубнил пьяный Хёнджин, лёжа головой на столе, — Так почему же так больно, Хён? — Ты слишком поздно увидел то, что должен был понять одним из первых, — отодвигая очередную пустую бутылку от друга, спокойным голосом ответил Минхо. — Надеюсь, он счастлив, — прошептал Хван из последних сил и отрубился.

— дай я покурю сначала. — курят, обычно, после секса, а не до.

Феликс пережил смерть родителей, предательство друзей и сексуальное насилие. За место горю пришла полная опустошенность и апатия. Хенджин, психиатр, искренне хочет помочь. Он закроет Ликсу глаза на мир, чтобы тот ощутил все эмоции заново.

Феликс жалеет, что сел в проклятую красивую Импалу, ведь пока эти два упрямых барана ругались, уходили его клиенты, а деньги ой как нужны были. Но тысяча долларов… Сказать, что это звучало заманчиво – ничего не сказать. – Мне плевать, – отрезает Хёнджин. – Я не хочу с тобой работать. И не думай устраивать аукцион, потому что сколько бы ты не предложил – я дам больше. А вот это уже интересно. Никто и никогда не соперничал за Феликса. Вечер переставал быть томным.

«Хорошие» мальчики даже и мечтать не могли о том, чтобы общаться с «плохими». Но Феликс, втайне ото всех, мечтал. И не только общаться. И выбрал для этого не просто «плохого мальчика», а самого «плохого».

Сэм сторонится людей не потому, что не умеет общаться или с ним скучно, а потому что давно влюблён. Давно и бесповоротно влюблён в темноволосую шлюху, что обитает в фонарях.

В этой проклятой богом дыре, над которой вечность висит черное облако человеческих грехов, он находит во враге то, что последние десять лет искал по всему миру.

Когда во время решающего поединка маскировка вторичного пола гениального бойца — омеги Ли Феликса — дает сбой и начинается течка, его заклятый соперник — альфа Хван Хёнджин — оказывается перед выбором: воспользоваться слабостью врага или подчиниться внутреннему голосу, который называет этого омегу своим.

Все омеги продаются после своего совершеннолетия. Сначала они принадлежат своим родителям, а затем — альфам, которые приобретают их на аукционах. Но Феликс не желает такой жизни для себя. Он мечтает о свободе: путешествиях, обучении и настоящей любви. Всё это может стать реальностью, если его купит подходящий человек, и даже если Феликс потеряет свою свободу, возможно, он обретёт нечто большее.

Феликс ненавидит его всей своей пропитанной перманентной болью душой и мечтает вдавить его красивое холеное лицо в асфальт. Хенджин ненавидит Феликса не меньше, но вдавливать он хочет его только в свою постель.

-Так вы тот парень, которого рисует Хван Хёнджин?- восхищенно спрашивает девушка. -Да я впервые слышу об этом Хван Хёнджине,- хнычет Феликс. А в галерее того самого Хван Хёнджина куча картин с Феликсом Ли.

Два молодых человека чудом выживают после авиакатастрофы и оказываются на необитаемом острове.